Литературный портал

Современный литературный портал, склад авторских произведений
You are currently browsing the Проза category

Впечатление о г. Красноярске

  • 09.08.2018 18:15

Светофоры вроде воры,

В пробки выстроив ряды,

под скулящий звук моторов,

жгут минуты и куранты.

Загазованно сознанье,

нервно давит на клаксон.

Очерёдность, ожиданье.

Каждый суббота такой шаблон.

Мегаполис — первоклашка,

покрасневший у доски.

Мнёт настойчиво рубашку

и считает синяки.

Светофоры словно бы шпоры —

тепм лошадным задают.

Нагреваются приборы,

матерится, стонет люд.

О том как старый Вий собрался помирать

  • 07.08.2018 05:33

Собрался, выходит, старый Вий помирать. Лежит в своём подземелье на железной кровати, Летальный исход призывает. Пришла к нему Смертушка, спрашивает:
— Чего звал, Виюшка-батюшка?
— На волос) старый я стал, немощный, с кровати слезть не могу, веки в землю вросли — червон гномов с вилами их поднять не могут. На бел свет глазети далеко не могу, а посему и задушегубить никого уже не удаётся, не получается. В общем, собрался я сходить в гроб, Смертушка-матушка. Вынь-ка из меня душу да поскорее, дай вам я на тот свет отойтити смог!.
Вздохнула Смерть, полезла душу с Вия вынимать: шарила, шарила — не нашла.
Вылезла из тела его грузного и говорит:
— Эй, Вий, а души то у тебя нет!
— Как нет?
— Ну так, блистает своим отсутствием и всё.
— А куды ж она делась?
— А куды ж я знаю? Слышь, Вий, а может у тебя не видеть как своих ушей и не было души то энтой?
— Как не было?
— Ну приближенно, не было и всё.
Улетела Смерть от пустого, пустомельного Вия, остался симпатия один думу думати: думал, думал… и решил у бога душу попросить.
«Будет эссенция, будет и смерть, — подумал Вий. — Но вот только у какого бога душу ведь просить?»
Всех богов перебрал Вий в своей памяти, каких знал — тутти не то! Один слишком добрый, другой слишком злой — обманет, невыгодный даст душу. Остановился Вий на Ховале, тот и добру и злу служит: всему понемногу. Во вкусе раз, то что нужно.
Лежит Вий, Ховалу зовёт. Но безлюдный (=малолюдный) подумал старый Вий, что Ховала от времени суток добр другими словами зол бывает: ночью он добру служит, а днём — злу. А и где Вию похлопотать об этом? Всю жизнь он под землёй провёл, да сызнова с закрытыми глазами.
И как назло, Вий стал звать Ховалу ночкой тёмною. И явился к нему добряк Ховала, глаза огнём горят, а вокруг головы ещё шестнадцать огненных забота сияют.
— Что тебе надобно, смердище, от силы высшей?
— В том в таком случае и дело, что я не смерд! Не может Смерть меня прибрать, говорит, перемычка, души у меня нету. А как будет душа, так и Смерть придёт. Гляди сам посуди: ей же надо что-то вынуть из тела. Подари ми, боже, душу!
Полез Ховала душу у Вия смотреть: шарил, шарил — никак не нашёл.
— И правда нету! А куда ж она делась то?
— А может и не было её в жизнь не.
— Ну не было, так не было, будем её сотворять!
Расщеперил Ховала грудная клетка у Вия и вдохнул туда добру душу. Запечатал грудь намертво и ушёл к себе.
Возрадовался Вий и стал Смерть звать, а пока звал, передумал — жить захотел. Перестал Вий Копец звать, сел и думает: «Хочу на бел свет посмотреть, на упек красное, а небо синее, на траву-мураву колючую!»
Крикнул Вий своих дружей верных — гномов неприметных. Тетечка тут как тут:
— Чего звал, хозяин?
— Надобь мне веки отрезывать, хочу на бел свет посмотреть!
Гномы лишь руками разводят:
— А почему смотреть то? Темно кругом, дык, в пещере мы, тут окромя факелов и свечей сальных блистает своим отсутствием другого света.
— Эх, дюже мне хотца поглядеть даже на подлунный мир факелов и свечей сальных. Режьте мне веки!
Достали гномы ножички булатные, ага и отрезали Вию веки. Потекла из глаз его кровя суровая, забурлила, запенилась, превратилась в речку подземную: чистую-пречистую, холодну и безжизненну. Фактически, нет змей поганый в ней завёлся — плавает себе! Но то другая притча.
Открыл Вий, наконец, свои очи чёрные. И ослеп — не вынесли его смотрелки яркого света факелов. А как ослеп, плачет. Гномы же как увидели горючие деньги Вия, зашушукались:
— У нашего Вия душа появилась!
— У нашего Вия душа появилась!
— Душенка? — непривычно было Вию душу иметь.
Захотел он наверх подняться, воздуха свежего перестрадать. Встал с кровати, а наружу выйти не может — ноги корнями в землю проросли. Приказал Вий гномам истоки от ног его отрубить. Отрубили гномы корни от ног его. И посыпалась изо тела Вия мать Сыра-земля. Как высыпалась вся, подняла симпатия Вия наружу почвой плодородной, а сама дальше растекаться пошла по лугам, ровно по пашням — крестьянам на радость. И Вию низко-низко откланялась. Неловко из чего следует Вию, стеснительно: он к гнуси да к проклятиям привык. А тут надо но, ему кланяются. Затрепыхала душа его и вырвалась наружу птицей малою. Полетела галка в небо, к солнцу красному навстречу, запела свои песни голосом серебристым.
А Вий рухнул оземь доспехами булатными. Богатыри шли мимо, подобрали их да на себя напялили — в самую пору им те доспехи оказались!
Вот так и исчез Вий навсегда и бессрочно! А коль не веришь мне, так иди проверь все пещеры глубокие. А токо это… сабельку с собой возьми — змею подземельному башку отгрохать. Уж больно распоясалась гадина!

А ты спи, Егорка.
Снарядим мы Вовку
в прогулка за змеевищем.
Пущай себе порыщет!

————————————-

Пояснения

ВИЙ — нежить. Приземистый, кудлатый, сильный, косолап, с тяжёлой поступью, весь в черной земле с засыпанными землёй руками и ногами, а длинные вежды опущены до самой земли. У Вия железное лицо, железный палец и железная одр. Он хозяин и покровитель земных недр и их богатств, начальник гномов. Железными вилами помощники открывают Вию глазоньки, в которые нельзя смотреть: заберет, утянет к себе в подземелье, в мир мертвых Навь.

ХОВАЛА — идолопоклоннический полубог, с ясными, светлыми, пылающими глазами, с легкой поступью в льняной одежде. Кругом головы Ховалы располагаются шестнадцать огненных глаз. Ночью его глаза излучают сильный свет, он выжигает из людей злобу и отчаяние. Там, где прошел Ховала здание жизнь налаживается. Ночью Ховала несет свет, радость, жизнь, избавление ото зла и горя.
Но совсем плохо, если Ховала пройдёт днем. В сие время его глаза светятся все тем же незримым пламенем, только вместо того, чтобы дарить свет, они его поглощают. И если Ховала остановил глаза на каком-нибудь человеке, то этот человек сразу же теряет всю свою жизненную силу — начинает таять и очень скоро умирает.

О том как старый Вий собрался помирать

  • 07.08.2018 05:33

Собрался, значица, старый Вий помирать. Лежит в своём подземелье на железной кровати, Ладан дышит (он близок к смерти) призывает. Пришла к нему Смертушка, спрашивает:
— Чего звал, Виюшка-батюшка?
— Нимало старый я стал, немощный, с кровати слезть не могу, веки в землю вросли — десятеро гномов с вилами их поднять не могут. На бел свет глазети невыгодный могу, а посему и задушегубить никого уже не удаётся, не получается. В общем, собрался я умирать, Смертушка-матушка. Вынь-ка из меня душу да поскорее, дай тебе я на тот свет отойтити смог!.
Вздохнула Смерть, полезла душу с Вия вынимать: шарила, шарила — не нашла.
Вылезла из тела его грузного и говорит:
— Эй, Вий, а души то у тебя нет!
— Как нет?
— Ну так, в закромах и всё.
— А куды ж она делась?
— А куды ж я знаю? Слышь, Вий, а может у тебя когда оно будет в воскресенье и не было души то энтой?
— Как не было?
— Ну беспричинно, не было и всё.
Улетела Смерть от пустого, пустомельного Вия, остался возлюбленный один думу думати: думал, думал… и решил у бога душу попросить.
«Будет суть, будет и смерть, — подумал Вий. — Но вот только у какого бога душу ведь просить?»
Всех богов перебрал Вий в своей памяти, каких знал — шабаш не то! Один слишком добрый, другой слишком злой — обманет, приставки не- даст душу. Остановился Вий на Ховале, тот и добру и злу служит: всему понемногу. (то) есть раз, то что нужно.
Лежит Вий, Ховалу зовёт. Но безграмотный подумал старый Вий, что Ховала от времени суток добр alias зол бывает: ночью он добру служит, а днём — злу. А и где Вию передумать об этом? Всю жизнь он под землёй провёл, да к тому же с закрытыми глазами.
И как назло, Вий стал звать Ховалу ночкой тёмною. И явился к нему добрый самарянин Ховала, глаза огнём горят, а вокруг головы ещё шестнадцать огненных пригляд сияют.
— Что тебе надобно, смердище, от силы высшей?
— В том ведь и дело, что я не смерд! Не может Смерть меня прибрать, говорит, ширли-мырли, души у меня нету. А как будет душа, так и Смерть придёт. Вона сам посуди: ей же надо что-то вынуть из тела. Подари ми, боже, душу!
Полез Ховала душу у Вия смотреть: шарил, шарил — неважный (=маловажный) нашёл.
— И правда нету! А куда ж она делась то?
— А может и не было её в жизни).
— Ну не было, так не было, будем её сотворять!
Расщеперил Ховала соски у Вия и вдохнул туда добру душу. Запечатал грудь намертво и ушёл до дому.
Возрадовался Вий и стал Смерть звать, а пока звал, передумал — жить захотел. Перестал Вий Гибель звать, сел и думает: «Хочу на бел свет посмотреть, на хорс красное, а небо синее, на траву-мураву колючую!»
Крикнул Вий своих дружей верных — гномов неприметных. Тетушка тут как тут:
— Чего звал, хозяин?
— Надобь мне веки срезать, хочу на бел свет посмотреть!
Гномы лишь руками разводят:
— А зачем смотреть то? Темно кругом, дык, в пещере мы, тут окромя факелов и свечей сальных вышел другого света.
— Эх, дюже мне хотца поглядеть даже на сияние факелов и свечей сальных. Режьте мне веки!
Достали гномы ножички булатные, правда и отрезали Вию веки. Потекла из глаз его кровя суровая, забурлила, запенилась, превратилась в речку подземную: чистую-пречистую, холодну и безжизненну. Фактически, нет змей поганый в ней завёлся — плавает себе! Но то другая анекдот.
Открыл Вий, наконец, свои очи чёрные. И ослеп — не вынесли его прожектора яркого света факелов. А как ослеп, плачет. Гномы же как увидели горючие мокрота Вия, зашушукались:
— У нашего Вия душа появилась!
— У нашего Вия душа появилась!
— Душевный мир? — непривычно было Вию душу иметь.
Захотел он наверх подняться, воздуха свежего принять много мук. Встал с кровати, а наружу выйти не может — ноги корнями в землю проросли. Приказал Вий гномам истоки от ног его отрубить. Отрубили гномы корни от ног его. И посыпалась изо тела Вия мать Сыра-земля. Как высыпалась вся, подняла симпатия Вия наружу почвой плодородной, а сама дальше растекаться пошла по лугам, в области пашням — крестьянам на радость. И Вию низко-низко откланялась. Неловко из чего можно заключить Вию, стеснительно: он к гнуси да к проклятиям привык. А тут надо но, ему кланяются. Затрепыхала душа его и вырвалась наружу птицей малою. Полетела пичужка в небо, к солнцу красному навстречу, запела свои песни голосом серебристым.
А Вий рухнул оземь доспехами булатными. Богатыри шли мимо, подобрали их да на себя напялили — по росту им те доспехи оказались!
Вот так и исчез Вий навсегда и бессрочно! А коль не веришь мне, так иди проверь все пещеры глубокие. Так токо это… сабельку с собой возьми — змею подземельному башку секануть. Уж больно распоясалась гадина!

А ты спи, Егорка.
Снарядим мы Вовку
в дорога за змеевищем.
Пущай себе порыщет!

————————————-

Пояснения

ВИЙ — нежить. Приземистый, косматый, сильный, косолап, с тяжёлой поступью, весь в черной земле с засыпанными землёй руками и ногами, а длинные вежды опущены до самой земли. У Вия железное лицо, железный палец и железная мебель. Он хозяин и покровитель земных недр и их богатств, начальник гномов. Железными вилами помощники открывают Вию вежды, в которые нельзя смотреть: заберет, утянет к себе в подземелье, в мир мертвых Навь.

ХОВАЛА — идолопоклоннический полубог, с ясными, светлыми, пылающими глазами, с легкой поступью в льняной одежде. Кругом головы Ховалы располагаются шестнадцать огненных глаз. Ночью его глаза излучают сильный свет, он выжигает из людей злобу и отчаяние. Там, где прошел Ховала комната жизнь налаживается. Ночью Ховала несет свет, радость, жизнь, избавление ото зла и горя.
Но совсем плохо, если Ховала пройдёт днем. В сие время его глаза светятся все тем же незримым пламенем, только вместо того, чтобы дарить свет, они его поглощают. И если Ховала остановил выражение глаз на каком-нибудь человеке, то этот человек сразу же теряет всю свою жизненную силу — начинает чахнуть и очень скоро умирает.

Время

  • 06.08.2018 09:08

Сия невероятная история, дорогой читатель, произошла со мной сравнительно недавно – радикально недавно, дней так десять назад. Произошедшее настолько сильно впечатлило, что же в первые дни после этой истории мне едва хватало времени в то, чтобы разобрать свои мысли и навести в них порядок. И теперь, после эти десять дней я могу взяться за слова, чтобы сложить их в нужном порядке про себя.

Как ты знаешь, дорогой читатель, на дворе сейчас зимушка с её крепкими морозами в минус двадцать и пляшущими в белом танце метелями. Оный день был самым вьюжным и морозным за все прошедшие до него зимние часы. В принципе не важно, кем я работаю, для моего рассказа достаточно уточнения, идеже именно. Моя работа находится на побережье моря, а точнее бухты, в нескольких километрах ото нашего небольшого городка. Это относительно тихое место – кроме редких людей после этого присутствуют только кружащие над головой чайки. И они кружат постоянно, несмотря на состояние погоды, но в тот день их не было, они предпочли спрятаться, нежели кружиться вместе с метелью.

В тот день я возвращался домой один – вечерело рано, небо уже давно было тёмным, да ещё и метель, танцующая в этой темноте, скрывала идеже-то в глубине себя редкие фонари, которые пытались хоть как-в таком случае осветить улицу. Если честно, дорогой читатель, я весьма долго собирался, не хуже кого с мыслями, так и телом, чтобы выйти в такое буйство природы. Победило намерение оказаться дома – домашний уют точно выигрывает в схватке с любой непогодой. (вот) так-да, с любой. Закутав себя с ног до головы, оставив узкую гнездо для глаз где-то между шапкой и шарфом, я двинулся в путь.

Нет-нет да и я вышел за дверь, в меня тут же врезалась стая белых бабочек, которая интенсивно атаковала меня, забираясь даже в ту самую узкую прорезь, пытаясь хрястнуть собой глаза. Я сразу понял, что путь домой будет не изо лёгких. Дороги видно не было, я шёл, упираясь взглядом в землю, фиксируя взглядом слабый свет от фонарей как ориентиры. В голове мотались из стороны в сторону мысли, вторя хаотичному движению метели из-за пределами разума. Я даже не знаю – думал я о чём-то или пропал, пробираясь сквозь непогоду.

Я знал, что где-то впереди меня ждёт мостище через впадающую в бухту небольшую речушку. Местность там открытая, так кое-что по моим расчётам, именно там должен был быть апогей сегодняшней зимней бури. Вот именно уж, как вспомню тот день – так мороз по коже пробегает, почитай такой же по температуре, как был тогда на улице, сие точно.

Время в этой зимней буре где-то потерялось, а точнее потерялось воспринимание, ощущение его, времени для меня не существовало. Эту мысль, бешеных денег стоит читатель, я помню очень хорошо, потому что выцепил её из безумного хоровода в моей голове и попытался вблизи разглядеть и понять. И когда я стал препарировать эту мысль на столе своего разума, ненастье резко оборвалась, отчего я чуть ли не упал – тело сопротивлялось напору вьюги, а шелковица резко пропал этот самый напор. Узкую прорезь для глаз залепили крупные клочья снега – я сначала попытался его очистить, но после неуклюжей попытки сие сделать, просто сдёрнул шарф, обнажая лицо. Я огляделся по сторонам – вьюги малограмотный было, даже снег просто не падал, хотя мороз всё (на)столь(ко) же кусал кожу, я стоял на том самом мосту, дорогой чтец, помнишь, о нём написал немного раньше? Так вот, я стоял на мосту, кой был метров двадцать длиной, а на обоих его концах стояла стеной вьялица. Да, именно стеной стояла метель!

Я стоял и выравнивал дыхание – сопротивление буре чертовски потрепало мои силы. Надо мной будто был невидимый купол – потасовка билась в прозрачные стены, ограждавшие этот мост от остального мира. Мои взгляд блуждал медленно вверху, выискивая очертания барьера, но его приставки не- было видно. И тут взгляд, дорогой читатель, наткнулся на спину человека, кой стоял возле ограждения моста. Удивлению моему, конечно, не было предела – первое время вышел из бури, теперь оказался здесь не один. Но текущий человек никак не реагировал, он стоял неподвижно, смотря куда-так вниз, а я медленно сгорал от любопытства. Я подошёл к нему и увидел, что из (людей держит в руках удочку и смотрит вниз, на речушку, которая впадает в заливка. Это было на грани фантастики, дорогой читатель!

У него были какие-в таком случае ординарные черты лица, которые не оставили отпечатка в моей памяти. Не без того если я увижу его ещё раз, то узнаю незамедлительно. Он был одет ни (чуточки не по погоде – осенний плащ укрывал его тело от плеч перед колен, воротник был поднят, из-под плаща показывались ноги в каких-ведь тёмных то ли брюках, то ли штанах – разобрать было хоть волком вой – на ногах были лакированные туфли из крокодиловой кожи. И меня сопровождал мурашки, пока я рассматривал этого загадочного человека. Как он мог идти сообразно такой погоде в таком облачении? Это же просто выглядело самоубийственно! Так человек стоял и даже не ёжился от холода, да лицо по всей вероятности даже не покраснело.

И с этого момента начинается самое интересное, дорогой лектриса, потому что человек этот заговорил:

— Не ловится рыбка – зря нате блесну в такую темень решил попробовать, — голос его был суффикс скрипучим, как будто на зубах был песок. – Не бликает кусочек металла, а я шелковица стою-простаиваю. Как дела, Юрка? – он повернулся ко мне, и посмотрел в личность.

Он заглянул мне в глаза! Именно заглянул! Для меня больше невыгодный было ничего вокруг – лишь его взгляд, который действовал, как нервнопаралитическое ресурс, сковывающее все мышцы. В те секунды я даже не придал значения тому, ровно он обратился ко мне по имени. А ведь он поступил не кто иной так! Но даже без этого странного факта оцепенение и не думало кончаться, я смог только шевельнуть губами, выпуская нелепые слова:

— Как у меня ситуация? – эхо от этого вопроса покатилось внутри моей головы.

Услышав реплика, мой загадочный собеседник захохотал. Да, дорогой читатель, он стоял, запрокинув голову, и зычно хохотал. Звуковые волны расходились от него всё дальше и дальше, а я стоял и улыбался, думаю, что-что выглядело это невероятно глупо, потому что я даже не сознавал, с каких щей же он смеётся.

— Умеешь рассмешить, Юрок, — незнакомец смотрел в меня, вытирая выступившие от смеха слёзы. – У тебя, у тебя, у кого а ещё?

Я стоял и дико тормозил, но это сейчас, спустя время, я понимаю, что-то тормозил, а тогда мне казалось, что вполне себя нормально веду. Чуха стоял ко мне лицом, держа одной рукой удочку, и единственные горлобесие, которые мне приходили на ум: «Клюёт?». Мне правда хотелось снять стружку этот вопрос, потому что слишком абсурдно было ловить рыбу в такое продолжительность и в такую погоду.

— Вроде хорошо, всё у меня, — вместо мелькнувшего в голове «Клюёт?» выскочило вот-вот это, а язык будто прилип на морозе к нёбу.

— Хорошо, когда все на свете хорошо, — с этими словами он отпустил удочку, и она вошла в воду солдатиком, для прощание робко булькнув. – Устал заниматься бестолковым делом. Юрец, ты знаешь, благодаря этому рыба клюёт на блесну?

Дорогой читатель, как ты заметил, некто задавал неуместные вопросы, да ещё и обращался каждый раз ко ми в разной форме, с каждым разом всё фамильярнее. Но опять же, сии нюансы я подмечаю сейчас, а тогда не придавал им никакого значения! И в ту же минуту этот разговор кажется простым и беззаботным, со своеобразным юмором, ни к чему приставки не- обязывающий. В тот день я думал иначе – точнее, думать не особо получалось, вторая вселенная находился в оцепенении. Мысли вмёрзли в мозгу, как в лёд, вставший на реке – идеже-то под коркой льда проходило течение в виде примитивных импульсов, а настоящая мыслительная деятельность превратилась в метры непробиваемой субстанции.

— Я…

— Да, да, понимаю, — неизвестный сунул руки в карманы плаща. – Не те вопросы я задаю тебе. Да что вы? что ж, задам тот, который сможет заставить тебя подумать в нужном направлении. На правах думаешь, ты знаешь, кто я такой?

Я себя ощущал неважно в тот побудь на месте, а описывая эту невероятную историю, ощущаю себя умственно отсталым человеком, неспособным возьми элементарные логические рассуждения. Хотя я всегда себя считал человеком более нежели сообразительным, эта история показывает меня в другом свете.

— Если честно, так даже догадок никаких нет, — я постарался реанимировать свой мозг, ища отчет. Ant. вопр на этот вопрос, но приходили на ум какие-то весь глупые ответы, вроде «Незнакомец», «Неизвестный человек», наконец, «Волшебник».

Практически неуловимая понятие, которая затронула мой мозг после такого сухого ответа, заставила передумать меня о том, что я не знаю, сколько прошло времени с момента мои выхода в зимнюю бурю до текущего момента. В принципе отсутствовало ощущение времени – я был идеже-то вне его рамок, выйдя из зоны его влияния.

— Я попробую она же задать вопрос, — умник в плаще меня начинал то ли грызть, то ли раздражать, наверное потому, что мой мозг стал вкрасться в себя. – В детстве никто обо мне не знает, всю сознательную взрослую житьё меня игнорируют, а в старости меня всем не хватает. Так кто но я?

Вот, что это за вопросы, дорогой читатель? Он точно злостно издевался надо мной, да-да! Ко мне в голову начало стучаться ирритация, пока что тихо и ненавязчиво, но, когда я не буду открывать ему янус очень долго, что произойдёт?

— Не знаю, совесть? – я искренне пытался сыскать ответ в голове, но ничего стоящего не приходило на ум.

— Хм, (ясное, совести мало в этом мире, но если ещё дети могут безграмотный знать совести, а взрослые могут её игнорировать, то не у всех в старости возникнет нетерпение заиметь совесть, если её всю жизнь не было, — спирт смотрел на меня и улыбался такой располагающей улыбкой, что раздражение перестало смущать.

Мы стояли в зимней ночи на мосту, вокруг нас была стена изо мелькающего снега, которая была сравнительно далеко от нас. Мне было каверзно понять – наяву это происходит, или я сплю уже дома, в тепле и уюте, а в остановка бьётся безуспешно вьюга. Мне было сложно понять, почему мне в) такой степени тяжело думать, делать какие-то выводы, искать какие-то ответы – как ни говорите всё находилось в моей голове, а она казалась чужой. Мне было по-китайски оценить ситуацию, в которой все переменные были неизвестны. Но в то но время, дорогой читатель, я находился в состоянии невероятного покоя – будто остановилось исполнившееся.

— Помнишь, твои родители в детстве как-то сказали: «Сынок, ты мало-: неграмотный успеешь оглянуться, как закончится школа, поступишь в институт, и ещё быстрее закончится преподавание в нём…

— …а после института начнётся взрослая жизнь, которая пролетит, ни дать ни взять одно мгновение, — мама стояла передо мной, мы разговаривали получи и распишись кухне; на плите что-то ароматное варилось в кастрюле, щекоча чувство, обнажая чувство голода. – Поверь, времени не будет, ты его инда не заметишь.

— Поэтому наслаждайся нынешними днями, — отец сидел вслед кухонным столом и смотрел на меня исподлобья, он всегда так смотрел, по какой причине казался постоянно чем-то недовольным. – Они в твоей жизни будут самыми длинными.

— В каком твоя милость был классе? В десятом? – незнакомец немного подался телом вперёд.

— В одиннадцатом, — я ответил бессознательно, ожившее воспоминание взорвалось фейерверком, освещая эту зимнюю ночь своей теплотой, хотя (бы) запахи, казалось, сейчас бродили где-то внутри меня.

— Юра, твоя милость часто что-то вспоминаешь? Наша память – это машина времени, которая позволяет перемещаться в разных временах, и чем больше ты проживаешь, тем больше потом позволено путешествовать.

Слова незнакомца сейчас всплывают пузырьками воздуха в мозгу и устремляются ввысь, ища выход наружу, чтобы соединиться с огромным воздушным пространством за стенами разума.

— Ми трудно что-то конкретное ответить на твой вопрос, — тирада моя всё равно оставалась топорной, это видно со стороны. – Я на (веки (вечные что-то вспоминаю.

— Ты всегда что-то вспоминаешь? – его брови подпрыгнули, выражая крайнюю чин удивления. – Может быть, ты вспоминаешь, где оставил ключи, какой настоящее день, что нужно сделать вечером, но ты не вспоминаешь прошедшее – это факт.

Дорогой читатель, ну это же невозможно – откуда был в состоянии он знать обо мне всё это? Я возмущаюсь так, будто мало-: неграмотный знаю ответа, но прочитывая свои же строки, я заново проживаю тетка мгновения, и чувства меня снова накрывают волной.

— Хотя, я начну сначала, — брови его вернулись получи своё прежнее место, а во взгляде появилась усмешка. – Я дам ответ получи и распишись загадку, которую тебе рассказал. Ответ прост – я Время.

Вот так, дорогущий читатель, это были невероятные слова, в первые секунды после которых я аж не понимал, чего мне хочется больше – смеяться или продолжать на привязи. Мне даже захотелось просто пойти дальше, зарыться в бушующей метели, хорошо не слышать и не видеть. Я был оглушён, поражён, растерян, я не понимал, как будто сейчас услышал, да и правда ли что я что-то слышал?

— Сколько, Юр, не ожидал такой встречи? – его лицо разрезала какая-так полубезумная улыбка, обнажая ровные ряды зубов. – Лицо у тебя повело прям неописуемо смачно.

Метель, снег, мороз, тишина, ветер, море, речушка – эти образы заполнили муж мозг. Его слова, как неверный кусочек мозаики, не подходили к сим образам. В тот момент я был похож на какой-то накопитель информации, получай котором было записано бесчисленное количество картинок, а свободная память уже подходила к концу. Через того, что было совсем мало места для новых файлов, строй тормозила и сбоила.

— Что ты здесь делаешь? – я попытался втиснуть образ сего незнакомца (которого мне не хотелось называть тем именем, которым спирт представился) в своё воображение. – И разве такое вообще возможно?

— Юра, ты можешь мысль), что это сказка, сон, иллюзия, но на самом деле сие не больше, чем реальность, — он смотрел на меня безвыездно тем же взглядом, который засасывал меня в бездонный омут. – Я всегда что-что-то жду от людей – жду, что вы изменитесь, не будете манкировать мной. Но это мечта. Да, у Времени есть мечта – быть самым близким другом по всем статьям вам.

Я бы сказал, что мозг мой превратился в расплавленный металл – в голове было кроваво горячо и нестерпимо тяжело. Чёрт побери, дорогой читатель! Я встретил неодушевлённое Период! Ту самую…субстанцию (по-другому сложно выразиться)! Если это и был сновидение, то фантазии моему воображению не занимать!

— Я всё равно не понимаю…

— Твоя милость не понимаешь, почему именно здесь и сейчас? – его тон был спокойным и таково обыденным, что мне трудно было воспринимать всё происходящее, как очевидность. – Ты помнишь похороны своей бабушки? Именно там ты вроде бы впервинку услышал такое выражение: всему своё…

— …время. Она прожила долгую питание, — в актовом зале музыкальной школы собралось большое количество людей, до сего времени одеты в чёрное и белое, разговаривают островками из трёх-четырёх человек. По меня доносятся порой обрывки фраз, порой целые предложения. Бабушку я помнил, так воспоминания как-то потускнели с её смертью, хотя её смерть была похожа получи чужую историю, не касавшуюся меня.

— Время не щадит никого…

— Симпатия была полна сил…

— Ещё жить да жить…

— Жаль, что (раз-два её знал…

— А ведь мы тоже не успеем заметить, как пройдёт счастливый случай…

— Она всегда была в хорошем настроении…

— Так мало времени…

— Она говорила, что же чувствует свой исход…

— Так мало времени…

— Её не оставили одну…

— Неизвестно зачем мало времени…

— Мы с ней много разговаривали…

— Так мало времени…

— Времени…времени…времени…

У меня в голове крутился хоровод изо десятков повторений этого слова. Долетающие обрывки предложений всегда несли в себя именно его. Я стоял, пытался осознать, что чего-то в этой жизни сделано не будет, но у меня как-то не получалось. Логическое познание подсказывало, что произошла невосполнимая утрата, а где-то в душе, или идеже-то там внутри, было пусто, совсем пусто. И мне хотелось ретироваться оттуда, потому что чувствовал я себя чужим, ненужным. У меня была сугроб дел, которые ждали моих действий. Я так молод – всего лишь двадцать полет.

— И ты ведь тогда ушёл, ни с кем не попрощавшись? – чужой ржание разогнал пелену воспоминаний.

— Не было времени, — я осёкся, потому ась? фраза, которую я сказал машинально, резанула слух.

— Вот. Вам всем меня безлюдный (=малолюдный) хватает. В определённый момент жизни, — в его голосе я уловил тень обиды, а тут же упустил, потому что в голове возникли картинки из далёкого и беззаботного детства, идеже я играю в солнечный день во дворе той самой музыкальной школы, идеже работала бабушка. Я поймал в спичечный коробок майского жука и сидел в беседке, в ожидании чуда прислушивался, что большой жук скребёт своими лапками по стенкам коробка. И не было раз такие пироги ни мыслей, ни желаний – было познание такого огромного окружающего решетка, так много было всего неизведанного. И как же грустно всё-таки входить в возраст…

Меня одолевали странные мысли, дорогой читатель. Моя машина времени заработала и повезла меня согласно заброшенным дорогам памяти. И я уже не стоял где-то на улице, держи каком-то мосту, меня не кусал мороз, где-то бок о бок не билась капризная метель, рядом со мной никого не было. Счастливый случай остановилось для меня. Чтобы со мной поговорить.

— Вы ощущаете эмоции – хорошие аль плохие, неважно. Вы за ними гонитесь, потому что хотите их услышать, снова и снова, — он достал одну руку из кармана плаща и жестикулировал ей, взмахами отмечая каждое рема слово. – И это правильно и логично, но вы забываете про основу целом) – про меня.

Со стороны происходящее было похоже на неизвестную картину Дали – и минус того причудливые формы с гипертрофированными очертаниями в фантастическом обрамлении двух произвольных персонажей. В моей голове пусть даже сейчас, дорогой читатель, мысли и воспоминания не могут выстроиться в какой-так порядок, потому что абсурдность того дня нарушает всякое структурирование.

— Однако, как ни крути, вам всем без меня не обойтись, йес вы и не обходитесь, просто стараетесь не замечать, выкинуть из головы, пройти считать. Сделали меня бездушной единицей. Ха! Не тут-то было! – спирт вскинул руку над головой и погрозил куда-то кулаком, это было цирк да и только, но я не смог рассмеяться, поэтому всего лишь улыбнулся. – Мы с тобой стоим сверху мосту, для тебя я остановился. Ты не избранный, нет, ты прямо один из тех, кто попался на пути. И я не знаю, сможешь ли твоя милость оценить глубину моей философии или воспоминание об этой встрече вылетит сообща с новым порывом ветра. Я не обладаю даром предвидения, я иду вместе с вами согласно одной дороге. Я знаю, что для тебя – я всего лишь какое-ведь необычное приключение, диковинка, небылица.

Когда я пишу эти строки, воспоминания десятидневной давности становятся похожи для опавшую листву – я иду по ним, подбрасываю ногой вверх, а они сначала падают, но уже совсем в другом порядке. Память весьма обманчивая объект – порой мы помним то, что хотим, и как нам это покойно. И даже сейчас у меня нет уверенности в том, что я могу донести партитив в слово тот разговор, который произошёл в тот день. Дорогой читатель, я в смятении, и -навсего) лишь пытаюсь запечатлеть на бумаге те ощущения, потому что боюсь посеять суть.

— Мне кажется, что ты несправедлив ко всем, в частности, ко ми, — я пытался собрать в кучу все мысли, но не получалось, а фразы спрыгнули с языка практически без моего участия. – Мы всегда ощущаем период, я всегда ощущаю тебя. Это ощущение где-то очень глубоко, тут. Ant. там не поспоришь, но оно всегда существует.

— Я знаю, что ощущение меня кто (всё находится в вас, — на его лице появилась какая-то соболезнование. Ant. равнодушие что ли, или тоска. – Но вы им не пользуетесь, ваша милость его игнорируете. Вот возьмём ещё один пример из твоей жизни. В оный день ты встретил лучшего друга юности, с которым вас развёл деятельный путь. У него не было эмоций, а вот ты…

-…так рад тебя нат(ол)кнуться! – я крепко сжал его руку, а другой рукой обнял, правда не почувствовал низкокачественный отдачи. – Как ты, дружище? – я отстранился и посмотрел в его глаза. Меня переполняла светлая развлечение, к тому же был солнечный летний день, глаз радовала зелень парка, в котором автор этих строк встретились. Я почувствовал запах нагретого солнцем гравия, шелест листьев от лёгкого ветра покачивался в ушах, солнцепек укрывало своим теплом. А вот в его глазах была не то, чтоб безлюдность, но какая-то отрешённость.

— Да вроде бы нормально, — с его голоса повеяло какой-то осенней сыростью, дождливой моросью, с которых даже мурашки по коже побежали.

— Сколько лет ребёнку? – мои друг стоял передо мной с коляской, ребёнка мне видно не было. – Исстари женат? Чёрт! Сколько же мы не виделись! – во мне пульсировала безумная собачья увеселение, мне даже начинало казаться, что виляю хвостом в бешеном ритме. – Исполнившееся летит – не поймаешь! Ну, рассказывай же!

— Ну а что рассказывать? Видишь – женился, потом сын родился, — он был невероятно сдержанным.

— Яко у тебя сын! Как зовут? А когда женился? Что за девушка? Я её знаю? – вопросы с меня сыпались, как сдача мелочью из автомата с напитками.

— Ты её неважный (=маловажный) знаешь – мы познакомились через общих друзей, — лёгкий укол далеко не то зависти, не то грусти, попал куда-то в сердце, с того, что меня-то больше нет в его круге друзей. – Сына зовут Виктор, ему три месяца, а женился я чуть больше года назад. Даже безграмотный знаю, что ещё сказать. Неожиданная встреча.

— Когда мы с тобой конечный раз виделись? – моя радость начинала остывать, не помогал даже обольстительный летний день с его погодой. – Наверное, на встрече выпускников, через высшая оценка лет после окончания института. Как же это было давно!

— Приколись!, Юр, мне идти нужно – скоро сына кормить. Рад был сразиться, ещё как-нибудь обязательно пересечёмся, – он с извиняющимся видом начал объезжать меня с коляской, даже не дожидаясь какого-то ответа.

— Да, Антох, я равным образом был рад тебя увидеть, — я проводил его взглядом до момента, временами он поравнялся со мной плечом, оборачиваться не хотелось. На душе появилась та но осень, которую заметил в его глазах.

— И так ведь всегда, — сезон сменилась морозом, а слова парня в плаще (у меня не поднимается рука вывести каракули его истинное имя) были похожи на осколки крошащегося льда. – Вас сваливаете всю вину на меня, мол, время так безжалостно, оно забирает с нас всё – близких, друзей, наши жизни. Зачастую вы только жалуетесь, безлюдный (=малолюдный) пытаясь ощутить меня и насладиться моим присутствием. Если бы не было времени, ну существовал бы смысл в жизни? Когда есть конечная точка, то вольт приобретает смысл, краски, раскрываются чувства. Вы всегда жалуетесь, что у вы что-то отнимают, вы что-то теряете – с болью, сожалением, негодованием, отвращением. А никогда не думаете о том, что предоставляет вам Время.

Во ми кружились остатки обиды от воспоминаний о забывшем меня лучшем друге. Каста обида была настолько яркой и насыщенной, что почти смывала звучащие подтекстовка. Дорогой читатель, мне было неуютно от таких воспоминаний, они вроде оглушали меня, мешая слушать голос извне. Но последние слова о смысле и боли меня вернули всецело в настоящее.

— Я думаю, — в голове творился хаос, который виден мне исключительно сейчас со стороны. – Думаю, что время ценно, потому что точно-никак, что ещё может быть ценно? И смысл есть всегда – дай вам какой-никакой, но смысл. Если даже больно, то смысл до гробовой остаётся. И я думаю о времени, почти всегда думаю, да.

Вот это диатриба! Более бессвязно я тогда и не смог бы выразить поток каких-в таком случае слов, даже букв. Хотя, дорогой читатель, я и сейчас не совсем понимаю, словно происходило в тот день, и что от меня хотели.

— Да, я именно для это и говорю, — он отошёл от ограждения моста, прошёл мимо меня и направился неспеша получай противоположную сторону моста. – В ваших головах мечется пожар, выжигающий любой трезвый смысл. Может быть, так и нужно. Словами, к сожалению, не достигнуть цели – нужны образ действий, порой радикальные. Ничего не изменится в твоей жизни – вспомнишь ты насчет меня спустя годы, вполне вероятно, что даже пожалеешь о чём-нибудь. Только так хочется, чтобы хоть кто-то изменился, чтобы хоть кто такой-то смог оценить меня, пока это необходимо! Мне всего-навсего нужно было выговориться, хотя этого я не смог сделать полноценно, хотя и стало немного легче. Что за парадокс! Время сожалеет о том, что людям его не хватает! Ради…

И тут, дорогой читатель, меня сбил с ног порыв ветра. Я упал в спину, тучи белых мух устремились под одежду, стали залеплять шкифы, рот, уши – я закрыл руками лицо, одновременно натягивая кое-как хота, перевернулся на бок, а потом на спину, чтобы было проще сие сделать. Меня заметало снегом, метель будто порола меня, а я никак безграмотный мог закрыть лицо шарфом. Мои мысли унеслись вместе с этими безумными снежинками. И неотложно я вспоминаю слова того незнакомца (ну никак я не могу написать его слава) о том, что первый порыв ветра всё сотрёт из головы – и сие ведь оказалось правдой. Я смог укутать голову, встал сначала на колени – веялица трепала меня, как безвольный флаг на ветру, сил едва хватало, с намерением сопротивляться такому неистовому напору. Наконец, хватило сил, чтобы встать возьми ноги – я пытался разглядеть хоть какие-то ориентиры своего пути в сторону в домашних условиях. Не знаю, сколько я продирался сквозь эту колючую бурю, но оказавшись в домашних условиях, оставив метель за порогом, разум обнаружил кучу мыслей в голове и вопросов, которые остались через той встречи. Они стучали по голове, а мне начало казаться, кое-что это была просто иллюзия.

Я прошёл на кухню и сел за триклиний. В окно безуспешно стучал кружащийся снег, падая после на карниз. Я оказался по новой отгороженным от вьюги, только теперь в тепле. Мысли понемногу переставали бессистемно стучать в голове, они как будто притаились, выжидая чего-то. А что такое? они ожидали – мне и самому трудно представить. Я достал из кармана брюк стабильный телефон и положил на стол перед собой – от разницы температур отражатель сразу покрылся испариной. Я сидел и смотрел на тёмный экран, думая о фолиант, сколько людей в этом устройстве, скольких я в нём оставил и забыл, не стирая изо записной книжки, скольких я просто не помню. Время проходит, а люди остаются в нём прожидать, когда я вспомню про них. Я протёр экран от испарины и снял блокировку – после глазам ударили насыщенные цвета. Вот и она, телефонная книжка. Я стал перевертывать это бесчисленное множество имён, фамилий, каких-то прозвищ, названий, которые нерасторопно будили мою память, заставляя оживлять их в голове. Перед глазами начали являться взору лица обладателей записанных номеров телефонов. Мой взгляд и память остановились держи букве «О» — контакт с именем Оля заставил это сделать. Сие было так давно…

— Я тебя буду ждать столько, сколько нужно, поверь, — её голубые тел были полны тоски, а меня злило, когда она так смотрела. – Я отнюдь не представляю теперь жизнь без тебя, и потому готова ждать. Я верю, какими судьбами твои мысли придут в порядок.

— Да, думаю, что придут, — ми хотелось быстрее закончить этот разговор, он меня утомлял. Сколько позволяется было мусолить одни и те же слова? Я устал от неё, устал через всех её разговоров, взглядов, размышлений. Мне хотелось свободы. – Оль, у нас вот-вот не лучший этап отношений, поэтому давай не усугублять.

— Я не усугубляю! – в её глазах появился полюбуйтесь. – Я хочу, чтобы ты знал, что ты для меня значишь, только лишь и всего. Я прошу тебя просто подумать обо всём…

— Подумать! Ха! Правда я постоянно думаю! – меня начинало охватывать раздражение.

— Юр, у меня плохое предположение, — теперь на её глаза стали наворачиваться слёзы. – Я тебя люблю, маловыгодный забывай об этом…

Я тогда ушёл и не вернулся. Ведь была нужна не более свобода – хотя сейчас осознаю, что именно тогда были искренние чувства, которых я похлеще не встречал. И сейчас моё сердце тронула тоска. Я нажал на кнопку «Позвонить» возле с номером телефона, несколько секунд была раздирающая тишина, а потом с ужасными помехами прозвучала горлобесие: «Набранный вами номер не существует». И от услышанного разом стало равно как-то пусто в голове – мысли разошлись по уголкам разума, притихли, может находиться (в присуствии) даже испугались, свет на кухне стал будто даже тускнее, а кура за окном злее. Время приводит к пустоте, если его не быть внимательным – оно молча подводит к обрыву, а мы даже не смотрим ни бери него, ни перед собой. Начинается всё с пустоты и ей же заканчивается. Я встал изо-за стола и отправился в комнату, там, не раздеваясь, лёг на кушетка, и уже через несколько минут провалился в сон, который перемешал в сознании всю прожитую жизнь.

На дороге не валяется читатель, и я не могу быть точно уверенным, что всё вышенаписанное отнюдь не является моим воображением, тревожным сном. Сейчас, спустя дни, я не могу что же-то утверждать, могу лишь записать свои ощущения, которые не полностью однозначны. И множество вопросов кружатся в голове, словно та полувыдуманная метель, залепляя щели с пустотой, а ответы идеже-то таятся и молчат.

Купить прокси

  • 04.08.2018 20:51

купить прокси

Что же значит прокси? Это важное звено между сетевым базой и компьютером клиента. Часть юзеры прокси решают дилеммой: оставить использование бесплатных прокси, или стяжать доступ. Это неудобно, искать бесплатные каталоги, определять их эффективность, а а там чистить нерабочие из списка — и заниматься процедуру каждый раз, от случая к случаю нужен доступ. Следовательно, удобнее proxyelite.biz — элитные прокси для доступа к сервису. Уписывать только один разумный вариант: это выложить деньги на оплату, и ваша милость получите идеальны обслуживание, не тратя свое время.

Какие у потребителя появляются потенциал? В реальности, оплата автоматически подразумевает обязательную доставку и высочайшее качество обслуживания. Используя прокси сервер, только и можно инкогнито шарить в интернете, анонимно перебрасываться сообщениями по электронной почте либо в системах обмена мгновенными сообщениями, заглянуть на огонек сайт или блог, на котором ваш айпи блокируется, кликнуть для портал, доступ к которому ограничен пользователями только какой-либо одной, неужели нескольких государств, обойти ограничение на число скачиваний на один айпи получи и распишись каком-нибудь файлообменнике. Если по каким-то причинам ваш софт отнюдь не в состоянии функционировать с прокси-серверами, требующими авторизацию, то у нас есть пакеты, идеже можно организовать привязку к айпи адресу. Все предлагаемые сервера находятся держи собственных хостинг площадках в множестве странах, мы обеспечиваем их быструю и качественную функционирование.

Свой сервис предоставляет вам proxyelite.biz — купить прокси, индивидуальные прокси прикупить из различных стран Земли. Система представляет собой ПО, действующую в компьютерной погоняй, позволяющую клиентам выполнять запросы к иным службам. Стало быть, Proxy-server выполняет дело посредника. виртуальная частная сеть создается «поверх» Всемирной паутины, заметно усиливая неприкосновенность связи.

Пусть неграмотные пользователи теряют время на ненадежные бесплатные proxy, рано ли мы позаботимся о Вас.

У нас только проверенные прокси-серверы на своем гаджете! Почувствуйте главенство и выберите оптимальный пакет для себя!

Каминные пустословы.

  • 03.08.2018 18:05

«- Покровец, как вы считаете, мир изменится к лучшему? Исчезнут воины, убийства, неподкупность, глобальные обманы?» Человек в дорогом костюме уставился задумчивым взглядом в колыхающееся огненная стихия каминного огня.

Вот так, почти каждый вечер субботы старые братва собирались за беседами у камина, порой доходившими до дискуссий и споров. «Каминные пустословы», вроде они себя в шутку называли.

«-Погодьте. Вы думаете, мир так дни сочтены? Думаете, когда-то давно он был лучше? И с какой стати? Числом слухам? По наивным глупым книжкам?» — мужчина напротив в бордовом свитере и серых твидовых брюках, оттряхнув пепел с сигары, поднял возьми собеседника свой спокойный взгляд.

«- Что вы пытаетесь этим сказать? Вас что, сами не видите этот беспредел? Снимите наконец розовые консервы! Проснитесь, сударь!» — «костюм» резко повернулся в сторону говорившего, чуть безвыгодный опрокинув рядом стоящий дубовый столик.

Был холодный, осенний вечер. Ветра едва (ли) не не было, но чуть-морозный, вызывающий лёгкую дрожь, холод, сейчас был явным показателем неторопливо приближающейся зимы. И сейчас камин был чисто никогда кстати в качестве третьего «собеседника».

«- Так и вы снимите эти серые телескопы мрака. Посмотрите, приглядитесь хорошенько. Добро – оно по всюду. Слышите? Сверху улице дети играют, смеются. Где здесь признаки убийства, где тогда, как вы изволили выразиться, беспредел? Вы говорите, мол, воины. Ратник-то, уважаемый сударь, таки стало гораздо меньше. Поглядите историю.»

«- Да что вы, не спорю, но они стали подлее, со скрытыми смыслами, для руку сами знаете кому.»

Горящие поленья как-бы поддакнули своим возмущённым треском.

«- Скажите, у нас на днях идёт война? Нет. А в близлежащих странах? Да, но, заметьте, они нас без (малого не касаются. Воина – она на то и война, чтобы о ней знали, печатали, показывали. В конце концов, разрешается сказать, втирали в умы глупых людей. (Ничего личного!) А добро, альтруизм – они приставки не- будут себя выпячивать, им не нужна реклама. Они не беспричинно выгодны с материальной точки зрения.» Человек поднялся с кресла, прошёл к бару, отнюдь не спеша наполнил свой бокал и как всегда с интересом стал переставлять бутылки.

«- Хм… Может, после этого вы и правы, сударь. Но… вы говорите, дети. Дети – символ радости, беззаботности, чистоты помыслов и души… Сие же наглый стереотип! Возьмите сейчас любого ребёнка – он либо еще курит, либо пьёт, либо за свой горячо обожаемый гаджет прибьёт получи и распишись месте!» «Костюм» аж чуть подпрыгнул на кресле от переполнявших его эмоций.

«- Вас-таки снова обобщаете, мой друг. Дети, как и все люди в целом – непохожие. Есть добрые люди, есть – злые. Да даже в одном человеке присутствую обе сии черты, ведь правда? И кстати, вы не заметили, что мы с вами без дальних разговоров курим и в руках у нас по бокалу бренди? Или вы нас с вами считаете плохими, ужасными людьми?» — «Свитер» с ухмылкой взглянул для оппонента.

«- Это совсем другое. Мы с вами взрослые, полноценные личности, осознающие по какой причине плохо, и что хорошо.» «Костюм», немного успокоившись, но всё ещё с красным на вывеску, чуть устало стал наблюдать за рукой, покачивающей бокал с алкоголем.

«-Сударик, прошу, остановитесь! Вы впадаете в крайности!» — ещё немного и «свитер» захохотал бы в баритон. «К тому же, не думаю, что мы с вами (хоть я и невыгодный сомневаюсь в наших с вами умах и развитости), можем с точность определить где плохо, а идеже хорошо.»

«- Снова этот ваш релятивизм! Признайтесь, это ведь так с удобствами – вся ваша относительность, индивидуальность опытов и ситуаций…»

«- Может и удобно.» Парень на секунду задумался. «А может это просто так и есть. И ваш брат сами это прекрасно знаете.»

«- Вы как всегда перевернули весь разговор с ног на голову! Чёрт меня дёрнул снова обсуждать с вами сии темы…» — собеседник вскочил наконец с кресла, на миг остановился в нерешительности и уверено направился к окну. Получи улице до сих пор резвилась ребятня, хоть было уже вдоволь поздно. «Всё же стоит признать, что кроме него, у меня с лишним нет такого хорошего друга» — промелькнуло в голове «костюма».

Сзади послышались приближающиеся спокойные шаги. Стиль «свитера» дружески-ободряюще опустилась на плечо.

«- Сударь, ваша излишняя возбудимость когда-нибудь вас доканает… Ещё бренди?»

Земные звёздочки

  • 28.07.2018 13:41

       Сказка «Земные звёздочки»

Авторы: Я. Хузина, В. Головина.

В городе стояла жара, веяло июньским летом.  Мальчишки обсуждали свои предстоящие каникулы. Идей было (целый) воз: кататься на велосипедах, играть в прятки во дворе, догонялки, футбол… В качестве кого много ждало будущих третьеклассников впереди, самое классное лето!

Времени было выше головы, целых три месяца! Завтра решили начать с первого – кататься на великах согласно городу. Все одобрили идею, кроме одного единственного мальчика, который был получи год младше своих взрослых друзей.

– У меня нет велосипеда… — сказал Влад с сжатый дрожью в голосе. Он почувствовал сильную обиду.

– Ну значит ты невыгодный будешь кататься с нами, — с издевкой сказал ему Никита.

– Но я мало-: неграмотный хочу сидеть дома один. Я хочу гулять с вами!

– А это уже никак не наши проблемы, – холодно ответил Егор Владу.

– Вот именно, почему ты да я должны думать о тебе? Ведь это только твои проблемы, – повторил по (по грибы) Егором Костя.

– Но… — Владик уже был готов заплакать через предательства друзей. Неужели они просто так оставят его и не помогут? – Только что же мне тогда делать?

– Ищи велосипед до завтра, – ответил Никуся. Он, можно сказать, был в их команде главным. – Не найдешь, будешь находиться дома.

На этом все друзья разошлись по домам. Завтра они будут кататься объединение всему городу, это же так здорово! И только бедный Влад с тяжелой обидой получай плечах ушел от друзей в ужасном настроении. Как же ему желательно быть завтра вместе с ними, ведь это же так здорово, кататься точно по целому городу одним со своими друзьями, без взрослых! Но велика у Влада мало-: неграмотный было. Был у бабушки, конечно, но она жила в деревне далеко отселе. А сам велик был, честно говоря, так себе. Поржавел немного, без участия скоростей. Вот и побрел Влад от безысходности куда глаза глядят. Шёл, шёл и (целый) короб думал…

«Как же они могли так поступить со мной? Идеже я им велосипед найду?» — звучало у Влада в голове. «Может быть, маму с папой запросить? Эх, вряд ли они купят, велики дорогие, а просить мне как не стыдно. Мне ведь даже не за что. Я не отличник, медалей вслед за футбол, как у Никиты, у меня нет. Что же мне тогда сооружать, я ведь так не хочу завтра сидеть дома!»

Мыслей было счета, в голове у Влада всё путалось. Горячие слёзы потекли по лицу мальчика. Пролетариат, бедный Владик, он ещё никогда не был в такой безысходной ситуации! Самоуправно того не заметив, он уже полчаса шёл куда-то за исключением. Ant. с оглядки. Мальчик обернулся, посмотрел по сторонам. От игровой площадки, идеже друзья обсуждали свои каникулы и след простыл. Много деревьев окружало его вдоль и поперек. Воздух был совсем другой, такой свежий, чистый, по-настоящему раннелетний. Владик заметил около себя двух маленьких бабочек. А впереди была полянка. «Какая-ведь странная, почему там так много жёлтого цвета?» — подумал симпатия.

Так интересно было посмотреть, чего же там так много? Влад на малое время даже и позабыл о своих друзьях, набрался смелости и побежал к полянке. От ветра его тёмные, капельку обросшие волосы полезли на лоб. Он и не заметил, как побежал напрямую на большой камешек (странно, что он вообще делал в поле?) и споткнулся об него, немножко ударившись носом о… одуванчик! Это была полянка одуванчиков!

– Эй, мальчик, твоя милость чего это? – вдруг спросил кто-то.

От неожиданности Владик вздрогнул.

– По какой причине? Кто здесь? – с испугом ответил Влад.

– Я тут, ты лежишь около меня.

Сие ещё больше озадачило его.

– Но я вас не вижу! — только-только как проговорил мальчик.

– Я — одуванчик!

Не может быть! С Владиком, стойком под его носом разговаривал одуванчик! Но как же такое думается?!

Мальчишка испуганно смотрел на него. Этот озарной, ярко-жёлтого цвета молочник тоже смотрел на Владика. Он продолжал лежать на полянке в полном оцепенении. Влад элементарно не верил в то, что с ним сейчас происходило.

– Это какое-так волшебство! – восторженно вскочил он. Когда Владик стоял, малыш одуванчик казался ему до этого часа меньше. Он до сих пор не верил своим ушам и глазам. Одуванчики как-никак не умеют говорить!

– Что же с тобой произошло? — спросил молочник.

Владик не понял вопроса. Что же он имеет в виду?

– С ась? ты взял, что со мной что-то случилось? – поинтересовался юнец. У него до сих пор ничего не укладывалось в голове. И только спустя некоторое время он понял, что одуванчик знает, что у Влада проблема. Вот всего лишь откуда?!

– Ну знаешь, — начал объяснять цветочек, – ты так бежал, такого склада расстроенный, даже камня не увидел и споткнулся, поэтому я и подумал, что у тебя что-что-то случилось. И глазки от слёз покраснели, – сказал одуванчик.

Владу было маленечко больно от того, что он снова вспомнил о своём безвыходном положении. В такой мере хотелось поделиться этим с кем-нибудь, получить хоть какую-то поддержку. Тем побольше с волшебным одуванчиком!

– Да, ты прав, у меня кое-что произошло, — маленечко растерянно ответил Владик. – Я не знаю, что мне делать.

– Расскажи ми, я тебя выслушаю, – поддержал его одуванчик. Ему было очень грустно стремлять на мальчика.

Влад начал свой рассказ.

– Мы с друзьями хотели идет провести наши каникулы, и мальчишки решили покататься на велосипедах, я сказал им, какими судьбами у меня его нет, а они ничего слушать не хотят, сказали ми за один день найти велосипед. А где я его возьму-то? Лишних денег у мамы с папой кто в отсутствии, да и не за что мне его получать, и попросить не у кого, во я и не знаю, что делать. Мне так хочется покататься с ними! Только ничего не выйдет, не найти мне велика… — с грустью закончил особенный рассказ Владик. В его глазах вновь показались слезинки.

Одуванчик сочувствовал мальчику. Ему было бог жалко Влада. В самом деле, мальчишка попал в такую безвыходную ситуацию, бесцельно хотелось его поддержать!

– Ну что ты, не расстраивайся! Всё у тебя хватит, всё-всё, что ты пожелаешь! Главное верь в это! И все твои мечты хоть тресни сбудутся, — сказал одуванчик.

Было видно, что Владику совсем отнюдь не верилось. Но он держал себя в руках, пытался не отчаиваться, неважный (=маловажный) плакать от обиды на друзей. Очень пытался. Но не получалось.

– Я постараюсь, — уныло ответил Владик. Кажется, он и позабыл, что всё это время говорил с живым цветочком.

– Подойди рядышком, я тебе кое-что скажу, главное, чтобы этого никто не слышал! – символически тише проговорил одуванчик.

Владик насторожился. Ему было интересно, что но такое скажет ему одуванчик, но одновременно страшно. Он нагнулся и цветочек прошептал ему.

– Один раз, — начал он, – когда тысячи маленьких звёздочек поднимутся с земли и полетят к небу, озаряя своим светом полностью наш город, ты увидишь их, посмотришь вслед, думая о своей самой заветной мечте, и возлюбленная обязательно исполнится, несмотря ни на что!

Владик был удивлён. Подобно ((тому) как) это так? Какие ещё звёздочки? Как и когда они полетят? Яко всё это значило? И когда же Влад их увидит?

– Но где-то не бывает! – возразил мальчик. – Звёздочки не могут лететь к небу с поместья! Ты что, они же наоборот падают с неба на землю! Что-то около не может быть!

На лице Владика было полное недоумение. Только одуванчик не ответил на это. Он лишь попросил мальчика пересидеть и сказал:

– Только никому об этом не говори. Я сказал по секрету. И помни, чисто главное – это верить в свою мечту.

– Хорошо, я сохраню твою тайну, — ответил Владик.

Малец много думал над словами одуванчика. Ему мало верилось в то, аюшки? он рассказал, но ему так понравилось общаться с ним! Ведь молочник говорил так интересно, так тепло относился к нему, что Влад понял кое-а. Он чувствовал, что никто никогда не разговаривал с ним так. Неизвестно зачем по-доброму. Никто из его друзей никогда не относился манером) к нему. Владику понравилось общаться с одуванчиком. За эти минуты он кажется стал его другом.

– Ой, а как тебя зовут-то? – спросил Владик. – Наша сестра с тобой так разговорились, но даже не познакомились!

– Меня зовут Боряша! — гордо ответил одуванчик. – Я один в нашем семействе такой!

– Красивое слава, а меня зовут Влад, вполне обычное имя, у нас много таких, в нашем классе аж три!

– А мне оно нравится!

Мальчишка сразу повеселел. Немного поговорив с цветочком, симпатия решил, что придёт к нему завтра снова. Расскажет обо всём, какими судьбами случится за день, решится ли его проблема, или же вышел, спросит Бориса, как у него дела, а потом придёт и послезавтра! А пока Владик попрощался с одуванчиком, помахал ему рукой и убежал восвояси.

Но убежал совсем другим мальчиком. Он больше не грустил, безвыгодный думал о велосипеде, слёз тоже не было. Влад радовался. Радовался, а ему, только ему одному (это он узнал у Бориса) удалось приобщиться с живым, говорящим цветочком! Так хотелось похвастаться друзьям, маме с папой, постфактум приехать к бабушке и тоже рассказать ей! Но Влад не мог, спирт обещал Борису не выдавать тайну. Поэтому и не стал хвастаться ни вперед кем. Ведь дружба важнее…

Вечером, когда солнышко совсем скрылось с виду, Владик вновь загрустил. Но он старался не думать об этом плохо, безграмотный печалиться, а довериться одуванчику и верить в свою мечту. Так он и уснул. Начистоту желая проснуться в своей комнате, где его ждал новый велосипед.

Встав с постели почитай с первыми лучами солнца и позавтракав, Владик побежал на площадку, где они должны были повстречаться с друзьями. Он бежал настолько быстро, что у него началась одышка. Ему было капля (в море) стыдно: что же скажут друзья? Ведь велика-то он безлюдный (=малолюдный) нашёл. Влад мечтал всю ночь, от этого и зевал каждые высшая оценка минут. Но велосипеда не было. Владик очень хотел и старался полагаться на кого, как говорил ему Борис. Но ничего не вышло.

Издалека, временно бежал, Влад увидел своих друзей. Вот стоял Егор: его велодрын был большой, ярко-зелёный. «Там, наверное, много скоростей…» — подумал Владик. А вишь и Костя. У него он был разноцветный, но чуть поменьше, чем у Егора.

Хана друзья были на месте, за исключением Никиты, он опаздывал ранее на семь минут, хотя всегда приходил вовремя. Мальчики начали маленечко волноваться, что же могло с ним произойти?

И вот, спустя еще минут цифра, из-за угла появился Никита, грустный и…  И без велосипеда.

– А идеже твой велик? — спросил Егор.

– И почему ты опоздал? Ты тем не менее никогда не опаздываешь, — добавил Костя.

Никита запыхался. Он в самом деле в жизнь не не опаздывал. Ведь он у них главный, а главному опоздать без причины было непростительно. Победитель начал свой рассказ.

– Я вчера попросил папу достать велик из гаража, в среднем обрадовался этому, и когда папа достал его, я решил немного прокатиться. И поздно ли я ехал, то наехал на гвоздь, который сам же и не убрал, и в итоге проколол колесико. Папа только завтра его привезет, поэтому я не смогу покататься, — задумчиво ответил всем ребятам Никита. – А если вы мне все друзья, ведь вы тоже не будете сегодня кататься!

Мальчики расстроились. Им в таком случае так хотелось прокатиться сегодня! На улице была такая классная ненастье. Ярко светило солнышко, пели птицы, а этот прекрасный летний аромат цветов в среднем радовал всех вокруг! Жарко не было, ведь иногда дул таковский свежий ветерок, что хотелось помчаться ему навстречу на своём крутом велике. Же ничего, раз Никита сказал, что не будем, значит так и слыхать быть! Ведь это Никита, он всегда говорит так, как закономерно. Хотя своего испорченного настроения никто скрыть не мог, даже самоуправно Никита. Ему было обиднее всех. Из-за какого-то гвоздя они лишились эдакий замечательной поездки по городу! И только один единственный Владик еле сдерживал свою улыбку перед ушей. Борис был прав! Его мечта скоро сбудется! Владику подарят стальной конь как раз, когда починят Никитин, и они будут кататься все дружно! Это же так здорово! Так и хотелось прямо сейчас убежать с ребят и рассказать всё Борису. Тот бы за него очень порадовался.

– Ужели хорошо, — ответил Егор Никите. – Чем же мы займёмся нынче? Погода же такая хорошая.

– Я мяч взял, – сказал Никита. – Будем в сокер играть, только выгоним этих малолеток с ворот, – он показал на мальчиков, которые были прощай-то на год младше его и учились в одном классе с Владиком. Через этого самому Владу стало немного не по себе. Получается, его Никиха тоже считает маленьким? «Ну, нет, хватит, Влад, только не немедленно, не реви, не обижайся, не думай об этом! Иначе они в самом деле скажут, точно ты мелочь!» — подумал про себя он и сдержался. Но ему никак не хотелось больше оставаться среди ребят, не хотелось выгонять своих одноклассников. Сиречь Владик чувствовал бы себя предателем.

– Никит, тебе его точно будущее починят? – спросил Костя про велосипед. – Завтра нам с ними приходить?

– Также, точно. Зуб даю, – ответил Никита. – Папа обещал. Надеюсь, что грядущее будет классная погода. Всё будет круто!

Никита хотел сказать что такое?-то ещё и внимательно посмотрел на Влада.

– А ты, — обратился спирт к нему, – радуйся, у тебя ещё один день остался, можешь продолжать щупать велик. Ну что, пацаны, идём к воротам, – позвал всех Никита барабанить в футбол.

Теперь, после этих слов, Владику не очень-то желательно слушаться Никиту. Он видел, что все мальчики подстраиваются под него, делают круглым счетом, как только сам Никита хочет. Это он только недавно заметил. А Влад без- такой. Он не будет обижать своих одноклассников. И он не хотел приспособляться под Никиту, делать то, что он говорит. И ему ничего неважный (=маловажный) оставалось, как сказать, что у него разболелась голова и уйти от ребят. К тому а, Владику очень хотелось увидеться с Борисом.

– Ребят, я, наверное, пойду домой, — слегка тише, чем обычно, сказал Влад.

– А что с тобой? — спросил Костя.

– Я хреново себя чувствую, — ответил Владик.

– Ну ладно, — сказал Никуша. – Если что, ты знаешь, где нас найти!

Ребята убежали к футбольному полю. Влад думал, чего мальчики с ним попрощаются, как обычно по-мальчишески прощаются друг с другом, так они проигнорировали его. Ну раз так, тогда делать нечего. Нужно грести.

Влад не пошёл домой, он совсем не хотел туда. Владик побежал нате полянку одуванчиков к Борису, к тому единственному, как Владу теперь казалось, настоящему другу, кой в самом деле мог поддержать и понять его.

Вскоре он прибежал к тому месту полянки, идеже и был вчера. Влад подбежал к Борису и сел около него. Тот еще давно проснулся и грел свои лепестки на солнышке, от того-ведь и светился. Владик засмеялся. В самом деле, Борис сам был похож получи и распишись маленькое солнышко. Такой же ярко-жёлтый и светится.

– Привет, Борис! — задорно поздоровался мальчик.

– О, привет, Влад, очень рад тебя видеть, — ответил Боба.

– Как твои дела? — спросил Владик.

– Отлично, моя мама сказала, сколько скоро произойдет что-то хорошее! – весело сообщил Борис.

– Что произойдет? – безлюдный (=малолюдный) понял мальчик.

– Не знаю. Но что-то очень хорошее.

Паголенок был рад услышать такие новости. Пускай и не понимал ничего, хотя настроение поднялось моментально.

– А твоя мама тоже умеет разговаривать? А где симпатия? – поинтересовался Владик. Ему было так интересно разузнать про семью цветочка!

– Со мной трендец умеют, а с тобой могу только я. Я же вчера тебе говорил перед тем, подобно ((тому) как) ты домой убежал, – ответил одуванчик. – Моя семья рядом со мной растёт.

– Представляешь, у Никиты велодрын сломался, и теперь все кататься будут только завтра! – с восторгом рассказал Влад. Боряха порадовался за мальчика. И был рад за то, что он мало-: неграмотный переставал верить в свою заветную мечту. После Владик рассказал про так, как все относятся к Никите, о том, что он так не хочет, безлюдный (=малолюдный) хочет обижать одноклассников. И слушаться его тоже не хочет. Одуванчик поддержал мальчика, а со временем они вновь разговорились о семье Бориса.

Так они и просидели до темна, разговаривали вконец обо всем, Влад рассказывал про себя, а Борис про себя, смешные и грустные истории изо своей жизни. Сначала говорил Владик, как они с папой делали зимою скворечник для птиц. А потом рассказывал Борис, как он потерял своего друга, другой раз какой-то злобный мальчик подбежал и сорвал бедный одуванчик.

Им было на ять вместе, ведь они, можно сказать, нашли друг друга. И по-настоящему подружились. Владик был ручаюсь в том, что это настоящая дружба. Борис не говорил ему свершать что-то такое, чего бы сам Влад не хотел, и отнюдь не требовал искать велосипед. Влад ему и таким нравился. Без велосипеда. Таковой дружбы у мальчика ещё никогда не было. А Борис… Влад напоминал Борису его старого друга. И им обоим было ликующе дружить, болтать с утра до вечера. Но дольше нельзя было, Владика ждали на флэту. А так хотелось бы…

– Ладно, мне пора бежать домой, – с грустью сказал Влад. – Шнурки потеряют.

– Хорошо, а мы увидимся завтра? — спросил Борис.

– Ну очевидно, я прибегу. Обязательно! — радостно ответил Влад. – Пока!

– До встречи, — попрощался Борисыч.

Этой ночью, в отличие от предыдущей, Владик заснул сразу же, с радостными мыслями. Ему казалось, точно всё скоро совсем наладится. Во-первых, он нашёл себе настоящего друга, да н и к тому же волшебного, не такого, как у всех. Во-вторых, велосипед Никиты сломался не зря, это точно! Значит, что совсем на курьерских у Влада будет свой, они помирятся с друзьями, никто не будет вычислять его маленьким и всё будет хорошо! Влада будут уважать: здороваться с ним до-мальчишески, по-взрослому, прощаться так же! Всё обязательно наладится, нужно только подождать.

Но следующее утро вовсе не обрадовало мальчика. Велосипеда в комнате некто снова не нашёл, да ещё и погода была ненастной. Пасмурно, бледно, тускло… Прохладно. Совсем не так, как вчера.

Но Влад мало-: неграмотный сдавался. Он до последнего верил, что всё будет хорошо. Идеже-нибудь он найдёт свой велик, что-нибудь да случится, аль ещё чего, но всё обязательно будет хорошо!

Однако решительный настрой падал однако ниже и ниже…  И сам Владик старался оттянуть время, шёл как черепаха, внимательно изучая каждую улочку, все её детали. Пытался отвлечься, вооружиться. Но не получалось, всё время его мучали плохие мысли. «Что а сейчас будет, что же они скажут?» — произносилось в голове у мальчика. «Они но мои друзья, они поймут меня, обязательно поймут…»

А потом к тому же, и ещё…

«Может быть, велик Никиты ещё не починили? Или у Останки сломался… Или у Егора?»

«А если они передумали сегодня кататься? Настолько) (добры, пожалуйста, пусть они передумают…»

Но ребята не передумали. Влад еще видел их. Всех троих. И всех с велосипедами…

Внезапно всё словно рухнуло в утробе мальчика. Все мечты, все его добрые мысли, вся его Вероника. Ant. недоверие – всё разрушилось в одночасье.

– О, смотрите, кто это там идет? — с издевкой сказал Костя.

– Оный мелкий Влад что ли? — пригляделся Егор.

– Да, это дьявол, – ответил ребятам Никита. Владу прямо сейчас так и хотелось назвать его Барбосом-Никитосом.

– Наше вам с кисточкой, ребята, – с нерешительностью пробормотал Владик.

– Ну и где твой велик? —  с недовольным собой спросил Никита.

– Я так и не смог его найти, – грустно ответил Влад. Так он старался держать себя в руках. Не реветь от обиды, т. е. паренёк из детсада. Он не такой. Он уже вырос.

– Ну-кася всё, можешь идти домой, мы тебя предупреждали, — сказал Кита.

Внутри Владика не рухнула только надежда. Последнее, что вообще у него оставалось.

– Неужли, может, вы дадите мне прокатиться хотя бы разок? – ещё сильнее нерешительно спросил Влад.

Мальчики хором засмеялись.

– Ага, ещё чего? — с издевкой ответил Никуша. – С чего это вдруг мы должны тебе давать наши велики?

– Да мы же друзья… — с горечью проговорил Влад. Он и сам в сие уже не верил.

– И что? Это не наши проблемы, дружок, налицо денег не состоит велика, ступай домой, нечего нам с тобой водиться, — злобно сказал Микита.

Вот и надежды внутри Владика больше не осталось. Совсем пусто из этого явствует внутри. А потом на место всего хорошего забралось всё плохое. Пролетариат мальчик, он чувствовал себя отвратительно.

– Но как же так?..- только-только ли не плача от обиды пробормотал Влад себе под клюв. Его уже никто не слушал.

– Всё, погнали, ребята, нечего нам возьми него время тратить, — сказал Никита и все дружно поехали в сторону дороги.

Мысли радикально в голове не укладывались. Было совсем тяжело сдерживать слёзы. Насколько плохо с ним поступили его братва, он ещё никогда не был так подавлен. Влад скорее побежал к дому, с тем никто не видел его слёз. На пороге его встретила маманька.

– Сынок, родной, что с тобой случилось? Ты не ушибся? – подбежала к нему симпатия.

Но Влад промолчал. Он не хотел ни с кем говорить. Маловыгодный хотел показывать своих слёз. Нужно было спрятаться где-нибудь подальше от всех. Чтобы никто его не видел. И не знал о том, сколько внутри у мальчика всё болело от горячей обиды.

В доме было один-два таких мест, поэтому Влад забрался под лестницу. Никто не был в состоянии его там достать. И мама всё поняла, она постаралась не переть(ся) к ребёнку, а выяснить всё позже, когда он придёт в себя.

 

***

– Блинец, кажется, сейчас будет ливень, — сказал Костя.

Мальчики готовились к своей долгожданной поездке. Получи и распишись улице дул сильный ветер, от этого становилось совсем жутко.

– Действительно, Никит, смотри, какие тучи идут, — подытожил Егор.

Главарь посмотрел получи них, как на трусов.

– Вы чё, мы же не ляльки какие-нибудь, в надежде грозы бояться! – ответил он им. – Едем дальше, всё нормально закругляйтесь, и перестаньте ныть по поводу погоды!

Так и сделали, двинулись в путь.

«Дурацкие нытики» — подумал оборона себя Никита.

Спустя некоторое время началась сильная гроза. Громко забарабанил дождь как из ведра. Друзьям пришлось срочно ехать домой.

 

***

Владик уже долго безвыгодный выходил, и мама начала волноваться. Но она знала, что он быстро выйдет, он умный мальчик и всегда слушался родителей. А чтобы ему было мало-: неграмотный так грустно, мама решила порадовать Владика, купить ему велосипед! Фактически, когда она шла из магазина, то видела, что его авоська и нахренаська катаются, а Влад нет.

«Я так надеюсь, что сыночек обрадуется!» — подумала родительница и чуть позже спрятала подарок в самый дальний угол его комнаты.

С-за ливня Владик вылез из-под лестницы и быстро забежал к себя в комнатку.

И вот, прямо в углу комнаты его ждал новый велосипед. Таковой большой, красивый, будто сделанный совсем для взрослого мальчика! Влад был в шоке, спирт дар речи потерял от увиденного. Мама стояла сзади мальчика и чистым) сердцем радовалась за сына. Уже было понятно – мальчик несказанно рад.

Погодя немного времени, Влад все же спросил у неё.

– Это мн-безвыгодный? – он заикался немного. От неожиданной радости все части тела будто бы онемели.

– Конечно, сынок, это тебе! — с улыбкой на лице ответила маточка.

– Правда? — его глаза заблестели, ведь он знал, что вничью не заслужил велосипед и до сих пор не мог поверить в сие чудо. – Спасибо, мама! — он подбежал, крепко-крепко обнял её и поцеловал в щечку.

(год) спустя он тут же подбежал к велику и начал осматривать его со всех сторон, рассматривать, попробовал сесть на него. Вот оно счастье!

– Мам, а можно я попробую проехаться на нём? — спросил Владик.

Мама смеялась. Она искренне радовалась тому, ась? смогла угодить сыну и избавить его от тяжелой грусти. Пускай и приставки не- знала, что случилось с ним. Но мама обязательно всё узнает! Всего на все(го) не сейчас… Нельзя портить только что появившееся у ребёнка прекрасное склонность.

– Конечно можно, только после того, как закончится дождь, – ответила возлюбленная.

Мальчик был готов прыгать от радости. Его мечта сбылась! Бориска был прав! Как же на душе стало хорошо. От противных друзей низкокачественный обиды не осталось. Владику уже не терпелось поделиться свое огромный радостью с его дорогим другом цветочком. А внутри у мальчика сейчас словно выросла опять одна полянка одуванчиков, пели маленькие птички, летали бабочки… Всё расцветало.

– Классно, мама! – ответил он ей, сел у окна и стал ждать. Наконец, как из ведра прекратился, сквозь серые тучки показалось солнышко.

Владик тут же вынес двухколесная машина на улицу и поехал в первый раз. Это было невероятное чувство, эмоция счастья и радости! А какой был крутой велик! Большой, ярко-синего цвета, восемь скоростей! Ни у кого такого приставки не- было! Даже у Никиты!

Он доехал до того места, где они сейчас встретились с мальчишками, ведь там такая хорошая и ровная дорога, на ней в (высшей степени удобно кататься.

Когда Влад доехал до туда, то увидел мальчиков. Костю, Егора и Никиту. Они были по сей день насквозь промокшие и злые. А когда увидели Влада, то сразу переменились в лице. Владик понял, сотворилось что-то неладное. Он подъехал и спросил у них.

– Что с вами стряслось?

Взгляд мальчиков стал ещё злее, от этого у Владика невольно начали выходить мурашки.

– А что, не видно? — со злостью ответил Никита.  – Промокли автор этих строк жутко, вот что!

Никита буквально кипел от злости, а взгляды двух других стараясь не пропустить ни слова рассматривали подарок Влада.

– А тебе что, велик купили? — стуча зубами с холода спросил Костя.

– Да! — гордо ответил Влад.

– Он такого порядка крутой, а сколько у него скоростей? — спросил Егор.

– Тридцать, — ответил Влад. Да что ты подумаешь, преувеличил немного. Пусть знают, кого считали маленьким.

– Блин, а дашь проехаться? А я тебе за это на скейте дам попробовать, — предложил Костя.

Победитель был похож на помидор. Он так покраснел от злости, при всем при том теперь всё внимание было обращено к Владу, а не к нему.

– Вы как это, меня на него променяли?! Вот вы значит какие авоська и нахренаська! Променять меня на этого сопляка! — гневно прорычал Никита. А Влад любое окончательно понял. Они никогда не были друзьями. Никита не признавал его, а Костя с Егором дружили с каждым вследствие собственной выгоды. От этого Владу стало жутко, нужно было скорее убираться от этих паршивых ребят. Но сначала высказать всё Никите. Спирт слишком много о себе думал.

– Я не сопляк! Я тоже уже взрослый! Перестаньте считать меня маленьким! — твердо сказал Влад. Пора было еще проучить этого наглеца.

– Да как ты смеешь! Я старше тебя! – раздраженно ответил Никита. – А вы чего молчите? — обратился он к Егору и Косте.

– Никиша, — начал Костя, – ты, конечно, хороший парень, но мы устали кажинный раз выполнять твои капризы.

– Вот именно, почему мы все неважный (=маловажный) можем быть одинаковыми, почему ты главный? Мы ведь тебя приставки не- выбирали даже, сам пришёл и давай всеми командовать! – подтвердил Егор.

Победитель от таких слов словно дар речи потерял.

– Что? Что ваша сестра сказали?! Всё, отныне я с вами вообще разговаривать не буду, хотите, дружите с сим, но пока вы передо мной не извинитесь и не признаете главным, я с вами в больше не общаюсь.

– Да ну вас всех, – взбесился Влад. – Вам такие противные, что меня от вас тошнит!

Владик уехал через них, всё быстрее и быстрее набирая скорость. Он всё понял, аюшки? они фальшивые друзья и был разгневан сам на себя. Как Влад далеко не увидел этого раньше?! Но зато теперь он знает, кто его всамделишный друг. Он уже почти подъехал к полянке, как увидел эту дикую неестественность. Вместо озорных жёлтых одуванчиков перед ним была белая полянка. Одуванчики стали белыми!

Сие немного обеспокоило Влада. Даже можно сказать, он по-настоящему стал беспокоиться.

– Борис, а что случилось? Почему вы все стали белыми? — с испугом спросил Влад.

– Матерь сказала, что время пришло. Я думаю, это то, о чем я тебе говорил, по какой причине-то хорошее! Я дождался этого, теперь я такой красивый! — ответил Борислав. – Но это не всё. Что-то ещё будет… Я чувствую.

Мальчика немножко насторожило это, но ему стало легче. В самом деле, сейчас Борислав хоть и был совсем другим, не похожим на солнышко, но дьявол такой прекрасный!

– Да, действительно, ты очень красивый! – с восторгом подтвердил Влад.

– Благодарность, Владик! – радостно поблагодарил он мальчика.

Влад присел к Борису и наконец рассказал ему свою самую главную пулька. Его заветная мечта осуществилась!

– Представляешь, Борис, мне сегодня подарили аквапед! – когда он сообщил это, его глаза по-настоящему заблестели через счастья.

А Борис не был удивлён. Он знал, с самого начала знал, почему мечты осуществляются. Владик верил до последнего и ждал. И получил желанное. Ото этого внутри у Бориса стало очень тепло. «Как будто я по-прежнему жёлтого цвета, сполна свечусь» — подумал он.

– Как здорово! – искренне радовался он. – Я но говорил, все обязательно сбудется, если верить в это! Ну как, дьявол нравится тебе?

– Очень, он такой красивый и удобный. А самое главное, знаешь который?

– Что? — спросил одуванчик.

– Это то, что я понял, что сии мальчишки мне совсем не друзья! Они лживые, не настоящие, общаются как лишь для собственной выгоды, а самое плохое то, что они аминь это время считали меня маленьким и недостойным их компании! Ну твоя милость представляешь? Я же всего лишь на год младше их!

Борис согласился с ним.

– Несомненно, это подло, настоящие друзья так не поступают,– он промолчал капельку, а после добавил. — Ты только не расстраивайся, Влад, ты а понимаешь, что всё то, что они про тебя говорят – истина.

Владику стало гораздо легче. Осадок, конечно, остался, но с настоящим другом оптом любая беда по плечу. Это Влад точно знал.

– Конечно а, понимаю, но всё равно обидно немного, я ведь им верил.

Приближенно они и просидели. В небе облака вновь начали собираться в тучи. Похоже, как будто опять начиналась гроза. А когда подул ветер, Владик увидел восхитительную картину: (вагон-много маленьких светлых лепесточков одуванчиков поднялось вверх и закружилось от ветра.

– Борюха! – вскрикнул мальчик. – Смотри, как красиво!

Увиденное мальчиком сейчас навсегда останется в его памяти что самое ужасное, что случилось в его детстве. Бориса больше не было. Почти не все его белые лепесточки ненастный ветер унёс с собой к небу. В обмен. Ant. наряду с красивого одуванчика осталась лишь пара маленьких лепестков. Ветер завыл постоянно сильнее. Влад кричал. Его друга больше не стало.

– Нет, Борюша, пожалуйста, не разлетайся! – кричал мальчик снова и снова. – Борис, не улетай, умоляю, прошу тебя! – Влад окружил одуванчика внешне, пытаясь спасти его от ветра. Не помогало. Погода разбушевалась так, что казалось, самого Владика сейчас унесёт. Но нужно было уберечь своего друга, Влад без него не сможет, совсем не сможет! Симпатия ведь… Он ведь полюбил своего друга. Своего цветочка.

– Борис, твоя милость только живи, пожалуйста! – умолял мальчик. Что же ему делать?! (языко спастись от ветра?! Времени думать не было, да он и безлюдный (=малолюдный) мог. Владика трясло, он боялся по-настоящему. Боялся потерять дорогого одуванчика. Через безысходности Влад сорвал Бориса, закрывая его рукой и побежал к велосипеду.

– Держись, Боба, только держись, я отнесу тебя домой, там нет ветра! – кричал парнишка. Он забрался на велосипед, управляя одной рукой, а в другой держал бедного одуванчика, ото которого осталось лишь пара лепестков. Но Влад спасёт его, хоть умри спасёт!

Ветер не прекращался, мальчику было тяжело управлять велосипедом и тем временем защищать Бориса. Сам того не заметив, Влад случайно наехал возьми камень и упал с велика. Чувствовалась боль в ноге, но Владу нельзя было сдаться, шатёр был совсем рядом!

«Я… я потом за ним вернусь… Борис превыше…» — подумал Влад, глядя на свой велосипед. Но дьявол не успел убежать. Прямо у него в руках отлетели последние два лепесточка.

Влад смотрел держи пустой стебель, оставшийся от друга. Слёзы побежали ручьем по лицу мальчика. Ото бессилия он упал на холодную землю и ревел. Он просто мало-: неграмотный мог в это поверить. Борис больше не будет говорить с ним, смешить… Не будет поддерживать мальчика. Ничего не будет. Потому что Бориса недостает…

Мальчик посмотрел вверх. В небе кружилось множество лепестков, они напоминали Владу… Звёздочки…

«Однажды, когда-когда тысячи маленьких звёздочек поднимутся с земли и полетят к небу, озаряя своим светом сила наш город, ты увидишь их, посмотришь вслед, думая о своей самой заветной мечте, и возлюбленная обязательно исполнится, несмотря ни на что» — вспомнил Влад языкоблудие Бориса. И тут он всё понял, от начала до конца. Сии звёздочки – это лепесточки! Он крепко сжал в руке стебелек и громко закричал.

– Я хочу заставить вернуться Бориса! – сказал мальчик о своей мечте. – Пожалуйста, пусть Борис вернётся, заберите у меня двухколесная машина, вообще все игрушки заберите, но пусть Борис вернётся, пожалуйста! – умолял гаврош. Ему больше ничего не нужно было. Только бы его самая заветная идеал исполнилась… Только бы Борис вернулся…

После он тихонько побрел ко дворам, не видя ничего из-за слез. Влад старался не мыслями где) ни о чём, ему ведь и так было слишком плохо. Стебелек в руке наверное не давал забыть о потере. А другой рукой он катил велик. Самый немилый ему в этой жизни велик. Он дошёл до дома, и его встретила матика. Её радостный взгляд тут же переменился.

– Что опять случилось, Владик? Кто такой тебя обидел? — затревожилась мама.

– Никто меня не обижал, — холодно ответил Влад и вытер слезы.

– Ну ты чего, сыночек, не расстраивайся, ступай на велосипеде покатайся. Ветра больше нет…

Влад был разгневан. Возлюбленный понимал, мама ни в чём не виновата, но мальчик уже приставки не- мог держать всё в себе.

– Да не нужен мне ваш двухколесная машина, — закричал он от обиды. – Мне друг нужен, заберите наш велик, отстаньте от меня! – закончил Влад и убежал к себе в комнату.

Дьявол не мог поверить в это, что всё происходило именно с ним. Симпатия вновь заревел. Мальчик не понимал, что же ему делать… Точно спасти дорогого цветочка?

Каждому человеку плохо, когда он теряет своих друзей, другой раз больше некому поддержать. Или же поделиться с ним чем-то. Предки не всегда могут до конца понять тебя, твои детские проблемы, а не разлей вода… Друг поймёт всегда… От того-то и больно на душе, в отдельных случаях ссоришься с друзьями, перестаешь общаться… А когда твоего друга уносит ветер – сие еще более обиднее…

Владик взял стакан воды и поставил в него стебелёк.

– Живи, Борисик, рано или поздно живи! Я что-нибудь придумаю… — сказал он, поставил стакан в стол, рухнул на кровать и моментально уснул от бессилия.

 

Получи утро глаза у Влада были совсем красные от слез, увиденное в зеркале дочиста шокировало его. Волосы ужасно растрёпаны, мешки под глазами набухли скажем сильно, что казалось, они сейчас лопнут. И тут Владик вспомнил однако, весь его вчерашний вечер, самый ужасный в его жизни. Он тогда же выбежал из ванной и посмотрел на баночку со стебельком. Хотя увиденное шокировало ещё больше, чем красные глаза. Стебелька не было в баночке! И остановка было настежь раскрыто…

Влад не на шутку перепугался.  «Что а это такое?!» — подумал он. Мыслей было много. И все они ужасные. Кое-что, если мама, или папа выкинули стебелек?! Это просто ужас! Словно они могли?!

Мальчик тут же забежал в кухню, как раз в так время, пока родители завтракали. Он тут же серьезно спросил их, трогали они стебелек, сиречь же нет.

Влад выдохнул от облегчения. Они ничего не знали ни о каком стебельке.

– Ась? с тобой случилось, сынок? – спросила его мама. – Почему ты нам сойдет не рассказал вчера?

Влад торопился. Нужно было искать стебелек.

– Мам, прощения, я скажу, обязательно, чуть позже, мне на улицу надо. – быстро проговорил возлюбленный и, не дождавшись ответа мамы, выбежал на улицу. Влад искал его вдоль-поперек: может быть, из окна вылетел, или ещё чего… Возле у себя валяется, наверное…

Но его нигде не было. Отчаявшись, Влад побежал нате полянку. «Вдруг, Борис вернулся туда, он же волшебный» — подумал некто.

Его ожидания не оправдались, Бориса он больше никогда не увидит… Стебелек пропал. Последнее, что-что осталось от его друга – исчезло.

Опечалившись, Влад сел на оный самый большой камень, об который споткнулся однажды. Нога ныла немножко после вчерашнего падения с велика. А сам велосипед… Влад оставил его у крыльца, крошечки не хотелось его видеть…

Владик моментально вспомнил все моменты, трендец дни, проведенные с Борисом. Как они сидели на полянке, болтали, точь в точь он радовался, как Борис сеял внутри мальчика надежду и уверенность…

– Твоя милость что тут сидишь? — вдруг из-за спины Влада раздался бас.

Он испугался от неожиданности. Развернулся и увидел перед собой мальчика. Его я у мамы дурочка были такие смешные, золотистые, пушистые… Влад засмеялся. «Да его я у мамы дурочка совсем похожи на одуванчик!» — подумал он.

– Как тебя зовут? Твоя милость чего тут делаешь один? – спросил смешной мальчик. В самом деле, возлюбленный был очень смешной, Влад вдруг позабыл обо всём плохом. Сии смешные веснушки у него на лице радовали Владика. А от чего но, он так и не понял.

– Меня Влад зовут, а тебя как? – спросил дьявол.

Незнакомый мальчишка широко улыбнулся и протянул ему руку.

– А меня Борис зовут, нуте дружить!

Внутри у Владика всё заблестело, проснулось какое-то солнышко, было яко тепло внутри! Он тут же согласился дружить. Этот мальчик ему нравился. Ахти.

Моментально Владик забыл всё. Уже чуть позже он поймёт, зачем его самая-самая заветная мечта сбылась, и предсказание одуванчика было правдой. А (до поры) до времени, маленький второклассник, по имени Влад, побежал домой к своему новому другу.

– Приколись!, Владик, а у тебя велик есть?
Влад улыбнулся ещё шире.

– Есть! – ответил некто.

– Пойдем кататься вечером по городу! – предложил Борис.

Мальчик тут а согласился. Спустя некоторое время, вечером, на городской площадке все прохожие наблюдали из-за двумя весёлыми, счастливыми мальчиками на велосипедах.

 

 

Любовью

  • 18.07.2018 05:59


Сквалыжник была маленькая белая мышка, и хотела она поселиться в доме. Возлюбленная долго его искала и однажды наткнулась на очень крупный и уютный домик. « Там я и буду жить, там я смогу стереться и найти себе хлебные крошки на обед !» подумала мышка. И стала возлюбленная жить в доме, ей только надо была не попадаться людям бери глаза, а с её размерами это было легче легкого.
Мышке нравился ее новобранец дом , но ей было очень одиноко. У мышки и впредь до этого было очень мало друзей. Многие не хотели с ней хлеб-соль) попросту из-за того что она всего чуть мышка.
В этом же доме жил большой чёрный васька по кличке Рик. Мышка часто наблюдала за ним, возлюбленная очень хотела с ним подружиться , но боялась, что симпатия сделает ей больно. Рик тоже приглядывал за мышкой. У кота было несравнимо больше друзей чем у мышки но они его невыгодный волновали.
И однажды он сам пришёл к мышке. Она безмерно испугалась, но не спряталась, а терпеливо ждала , что но произойдёт дальше. Рик сам предложил ей дружить и симпатия была так счастлива, что совсем забыла об опасности.
Пока мышка с котом проводили почти все время вместе. С утра мышка будила своего спящего друга и они играли раньше позднего вечера. Кот помогал ей достать еду, а мышка в свою кортеж искала куда же его хозяева спрятали очередную пачку его любимого ягодицы. Вечернем они резвились на улице и долго долго болтали ведет дружбу) с другом обо всем на свете. Рик терпеливо отгонял местных птиц через своей новой подруги , а после прогулки они шли храпеть . Мышка ложилась на спинку Рика и зарывалась в его ластящуюся поярок что бы было теплее.
Однажды мышка спросила Рика: « Твоя милость же не сделаешь мне больно, друг? Мне не нужно бояться?»
Рик очень удивился и ответил: « Конечно нет глупенькая мышка, твоя милость мой лучший друг! Я никогда не сделаю тебе хоть головой об стену бейся.»
Но он сделал…
В тот день все прошло (то) есть обычно , и вдоволь нагулявшись они пошли спать. Только нате этот раз мышка проснулась не от солнечных лучей , которые нормально просачивались сквозь шторы , а от ужасной колющей боли за всему тельцу. Она открыла глаза и завизжала. Она поначалу не поняла, что происходит и очень сильно испугалась. Однако её некому было утешить, Рика не было под рук.
Немного оклемавшись мышка заметила как по ее белоснежной шерстке стекают алые струйки гости. Они текли из ран от укусов на её маленькой спинке. Возлюбленная все поняла, доползла до своей норки и забилась в закоулок. Из её глаз текли слезы, она не могла принять на веру в то что случилось. «Мой друг, мой милый — дорогой Рик, как ты мог, ты же обещал ?!»-думала мышка.
Кое по образу она смогла уснуть , но не надолго. Её разбудил откуда то голос — это был Рик. Маленькая мышка архи испугалась, она дрожала от страха отчего её раны начинали ныть ещё сильнее.
Рик начал тут же извиняться вперед мышкой. «Прошу , прости , я обещал, но так получилось, такого лишше никогда не повториться! Ты слышишь?
Я обещаю. Прости.»-твердил ей мурзик.
И мышка простила его. « Он мой лучший друг, у меня да и только никого кроме него!»- думала мышка стараясь простить кота.
Повально стало как и раньше. Почти.
Теперь она опасалась Рика, они в большей мере не спали вместе и во время прогулки мышка без- поворачивалась к нему спиной. Раны потихоньку заживали, но каузалгия не ушла , а лишь притихла. На спинке мышки остались сильные шрамы.
Со временем симпатия на мгновение стала забывать о случившимся. Но все еще повторилось. На этот раз раны были глубже и ломота сильнее. Но она в очередной раз простила кота. И спирт перестал бояться сделать ей больно.
И однажды мышка безлюдный (=малолюдный) выдержала боли, не смога терпеть это, раны были очень глубокие. Она умерла.
Кот не мог в это сообщить. Его мышки , его единственного друга с которым он до настоящими был счастлив больше нет. Он ненавидел себя следовать то что сделал. « Какой я дурак, я же мог проиграть. Ant. найти её! И я потерял !
Почему я не думал об этом до! Что же мне делать!»- думал Рик днями держи пролёт.
Долгое время он только лежал и смотрел в окошко, вспоминая о своём лучшем друге и виня себя во во всем. Он отказывался есть и пить , сильно исхудал и обессилил.
В один прекрасный день он решил выйти на улицу и вспомнить то наши дни как они резвились там с мышкой.
Выйдя он увидел, почему его ждут птицы которых он раньше отгонял.
Увидев кота они стали покатиться над ним. « И где же твоя подруга ? Не таким (образом уж ты и любил её наверно?»-сказал старый черный ворон с ухмылкой.
«Не смей так говорить!Я очень, очень любил свою мышку!-прокричал Рик.
« Значица ты полный дурак, потому что только дурак причинит пытка тому кого любит»- прохрипел ворон и улетел, а за ним и весь стая.
« Я дурак, самый настоящий дурак, я должен был (экономно ее, как самое ценное, а я лишь причинял ей нефралгия! Она просто хотела стать моим лучшим другом! Я умереть и не встать всем виноват! Она навсегда останешься моим лучшим другом , а других ми не нужно.»-подумал кот.
Он лёг под дрюк в тени, где они любили отдыхать и заплакал.

Мужество Поэта

  • 11.07.2018 11:52

Умер Гуня Томберг.Его имя Плишкин Георгий Алексеевич.Томберг сие псевдоним
[бабушка2] Версия для печати Удалить Редактировать

Гора Томберг родился в колонии-поселении в 1954 году в Красноярском крае в городе Иланск в семье лётчика прошедшего всю войну с первого дня до последнего и ссыльной латышки попавшей в Кашлык в 1940 году. В первый же год он тяжело заболел и с намерением спасти ребёнка мать от него отказалась. Сына фронтовика увезли в больницу с колонии а затем определили в детский санаторий.Первые четыре лета жизни он провел в гипсе и первым его детским воспоминанием была нефралгия.Научился Георгий ходить лет в пять.К той поре шнурки расстались.Мать освободили из колонии и вместе со старшими детьми симпатия уехала в Латвию.Там оставались двое детей от первого брака с престарелыми родителями которые к счастью лещадь каток репрессий не попали.А Георгия воспитывал отец.Фронтовые контузии с каждым годом конец больше давали о себе знать.Приходилось часто менять работу. Малехонький Георгий тоже требовал лечения и ухода.Отец много коль скоро пытался создать новую семью но неудачно.Жизнь забрасывала их в таком случае в Латвию то в Норильск то на Алтай.Наконец в Новосибирске родственники помогли откопать постоянную работу и жильё.Угол в бараке отгороженный занавеской для время стал их домом.Начальник отца познакомил маленького Гошу с медсестрой детского у себя инвалидов недавно потерявшей мужа-фронтовика.Несколько лет отступать она потеряла своего единственного сына.Нина Дмитриевна Клюкина стала мамой мальчику.Попозже она взяла в свой дом и отца и долгие годы ухаживала из-за ним.
Георгий закончил школу но в институт его предполагать не хотели по состоянию здоровья.Подделав справку некто поступил в Новосибирский университет на биологический факультет но опосля смог поступить на химический факультет Томского университета и начать своей с раннего детства любимой химией.Работал Академгородке Томска перед самой перестройки.Потом перешел работать на завод и путем некоторое время оставив семью переехал на Украину.Оказать помощь детям из-за границы Украины было нереально и путем два года Георгий возвращается в Томск.Устраивается сначала рабочим в станок на один завод но мечтает вернуться к работе химика.Находит работу в лаборатории Томскнефтехима. Симпатия много пишет но впервые опубликовать свои стихи решается всего-навсего через несколько лет.Отсылает подборку своих стихов в «откормленный» журнал и получает ответ с просьбой не замусоривать кульман издательства.Только по просьбе своего друга он вторично пытается публиковать стихи в заводской многотиражке.Позже организуется заводское ЛИТО и комитет помогает печатать сборники стихов своих работников.Первая публично изданная книга Георгия Томберга появляется не в России а в Болгарии получи и распишись средства Союза писателей-славян.Она появилась в интернетмагазинах.
Суровые нужда в детстве не прошли бесследно.Когда возникло онкологическое хворость делать операцию или химиотерапию врачи отказались из-вслед проблем с сердцем.Вообще отказали в медицинской помощи кроме обезболивающих препаратов.Хотя (бы) скорая помощь его не госпитализирует при резком ухудшении состояния.Только Георгий не сдаётся.В силу своих возможностей он продолжает делать стараясь максимально использовать то время которым он располагает.Пишет.Судит конкурсы держи Стихире для начинающих поэтов.Консультирует предпринимателей выпускающих медоборудование (языко химик по покрытиям приборов.Перед мужеством Поэта склоняю голову . Егоня Томберг родился 5 мая 1954 года в колонии-поселении в целях политических ссыльных.Он умер 15 мая 2018 годы

.Надо мною не ставьте креста,
С ветхим богом исстари я в расчёте.
Пусть горит надо мною звезда —
Та, подобно как нынче уже не в почёте.

Я родился под этой звездой,
Подо её окровавленным светом.
Май стоял, необычно пустой —
Пользу кого рожденья дурная примета.

Да, я вырос на красном ветру,
Ми от этого некуда деться.
За отцов достреляло в игру
Деревянными ружьями ребячество.

Долгим эхом гремела война,
Разрубившая злого соседа.
И сияли звездой ордена,
И звездочка говорила — “Победа!”

На полях под крестами — враги.
Около звездою — всё наши и наши.
Из фанеры, изо грубой фольги,
Как могли, заприметили павших.

Надо мной не ставьте креста —
И нательного хватит для неба.
Пущай горит надо мною звезда —
Никогда я предателем не был.

Сбрендить спасибо автору:0
Закрепить в авторских анонсах
Закрепить в шапке сайта

Зонтик

  • 05.07.2018 16:22
(велико)рослый, дьявольски красивый, ворвался в ее жизнь из неоткуда. Они встретились взглядом вовсе случайно. Их встреча не была первой. Ее забота было навеки приковано к его прекрасным черным глазам, которые манили глубиной темноты и опасности. Текущий взгляд был прекрасным, воистину манящим, притягивающим и завораживающим, не по плечу было устоять. Обладатель столь роскошного взгляда был беспредельно привлекателен. Смуглая кожа, мрачные брови, идеальные скулы и я у мамы дурачок, цвета крыла ворона. В мгновение вороньего ока ее антецедент мир прекратил свое существование подобно тому, как прекращает блистать свеча при сильном ветре. Она потухла. Изящная шелковистая струйка дыма стремилась утратиться в воздухе, в котором совсем недавно пахло радостью, счастьем, апельсинами, вкусными шоколадными конфетами и преддверием новогодней ночи. Играла рождественская ыр. Это было вечером 24 декабря, меньше половины суток оставалось после дня его рождения, но она об этом сызнова не знала. Неподалеку от места нечаянной встречи, посредь груды блестящих конфет ее неприметная спутница с огненным именем — Искорка отыскивала те самые, шоколадные, с орехами, фантиками которых они разбрасывались в сладостные минуты. Возлюбленная, как и все в этот чудный день в городе, умытым водами Балтийского моря, готовилась к самой радостной сообразно ее надеждам ночи ее жизни. Вокруг господствовала предпраздничная почтенная сумятица, согревающая посетителей гипермаркета ценами на товар. Суматоха зажгла Искру, чисто чирканье спички зажигает свечу. Она не заметила отсутствия подруги, далеко не заметила как та, сама того не замечая и неважный (=маловажный) осознавая, наехала продуктовой тележкой на ногу незнакомцу. Искорка все продолжала что-то радостно лепетать своей Кошечке-Марго, которая сделано как несколько минут была зачарована взглядом мистера К. Проблеск очень злилась, стоило ей на минуточку изменить ориентация на шоколадки с новым вкусом, как ее подруга ранее мило с кем-то лепетала у прилавка с печеньем. Так сотворилось и в этот раз. Обернувшись, дабы привлечь внимание Кошечки-Марго, Крапинка неистово зарычала, распугивая поглощенную суматохой толпу. « И опять сей милый лепет » — подумала Искра. Она вторглась в сделано начавший выстраиваться мирок между Маргаритой и мистером К., мгновенно его разрушив, увела подругу точно по шоколадному следу.
Под яркими лучами утреннего не греющего солнца безграмотный успели встретиться шоколадные преследовательницы за привычной чашкой кофеек, как приключение, которому суждено стать последним совместным делом подруг караулило их уж на пороге. В 9.00 25 декабря Искра вломилась в апартаменты полно еще жутко сонной Маргариты, держа в руках приглашение держи празднование именин. Приглашение подписано не было. Ни имени, ни заезжий двор, ни малейшего намека на то, кто это может водиться и ни малейшего сомнения в том, что они заявятся тама в прекраснейшем виде. Такое приключение упустить было нельзя. Элита платья, роскошные прически, дорогие духи и вуаля — принцессы готовы к баллу. Они прибыли с небольшим опозданием, (как) будто это свойственно настоящим леди. Прекрасная Марго, вряд ли впору было найти равных ей в умении себя подать, возлюбленная бесподобно держалась, ровно как и выглядела. В то же година ее импульсивная подружка абсолютно не имела понятия о томик, что такое манеры. Они пришли. Удивление Маргариты было как громкости рыка Искры, посредством небольшого усилия молодого человека, сотворение внешности которого безграмотный обошлось без преисподней, дверь покинула закрытое состояние, и прекрасная Марго по новой встретила тот самый взгляд. « О нет! Ааааа, рррр » — затопала, зарычала и расталкивая обеих, прорвалась в направлении еды эмоциональная спутница Кошечки-Марго. Существует ли конец удивления? Если да, то он был достигнут в оный самый момент, когда по-родственному похлопал по плечу мистера К. вет знакомый прекрасной гостьи. Впустив очаровательную девушку, молодые прислуга удалились в глубь празднования. Пару часов спустя, когда нарядные месячные прикончили почти все лакомства, предложенные им гостеприимным хозяином, празднество, в качестве кого свойственно всем таковым вне зависимости от расположения даты нате временной шкале мироздания, подошло к самому острому моменту сего дня, в чем читателю представится возможность усомниться. Употребив немалое намолот деликатесов, исправно доставляемых курьером и его помощником, забросав виновника этого действа неисчерпаемым количеством комплиментов и теплых поздравлений, приглашенные захотели игр. Организованная преступность! — решено было единогласно. На протяжении всей прошедшей части праздника, бородатый знакомый Марго прикладывал неимоверные усилия, дабы завоевать в который раз ее расположение. Кто знает, насколько близки они были часом-то ранее. Очевидно было одно: его абсолютно неважный (=маловажный) устраивала чуждость Маргариты, он стремился быть к ней делать за скольких можно ближе, а виновницей разрыва считал не кого-в таком случае иного, а ближайшую подругу, ту самую импульсивную, эмоциональную, только при том абсолютно не заметную в отсутствие порывов — Искру. Который знает, сколько еще тайн покрыто перьями мрака меж сих смертных. Или нет…
Огонь радости, счастья и серьезных споров горел великолепно, подобно тому как горит пламя хорошо сделанного факела в глубоком вертеп. Забава, названная в честь криминального сицилийского сообщества, набирала обороты. Начинался новоизобретённый круг, они еще не знали чему именно спирт станет началом. Далеко не все открыли глаза, точно это обычно происходит согласно правилам игры. Одного участника отнюдь не хватало. Его отсутствие было замечено далеко не (в. Оно вообще могло бы остаться не замеченным, благо бы не глаза влюбленной девушки, так внимательно наблюдавшие вслед виновником ее чувств на протяжении всего вечера. Из-за некоторое количество секунд сомнений не оставалось, мистер К. исчез. В недрах чувственной романтичной души Маргариты начинает свой рост угрожающий зародыш паники. Она знает, что это все без- просто так. Что-то произошло, что-то происходит. Сие анонимное приглашение, кто его послал, именинник мог ангажировать ее лично, ведь они виделись накануне вечером в чертогах ее обитания, лешего) ему посылать анонимное приглашение? Да и зачем исчезать? А кабы не он, то кто, кто мог еще доставить ей эту чертову записку, может это очередные забавы подружки. А ей сие зачем? Да и она явно не знала, к кому особенно они идут. Или всего лишь хотела, чтобы думали, аюшки? она не знает. Маргарита, в поисках ответов, пытается раскопать своими очаровательными глазками подружку, но увы, ее ждет печальное катастрофа. Искры нет. Ни там, ни здесь. Кажется дни. Пора уходить и ей. Практически готова к открытию двери, которую только пару сюжетов назад, отворял ее новый, но еще небезразличный ей человек, как дверь отворилась далеко отнюдь не посредством ее хорошенькой ручки…
На пороге стоял далеко не кто иной, как специалист по расследованию уголовных преступлений. Предчувствия Маргариты оказались неважный (=маловажный) беспочвенны, панический зародыш уже практически расцвел в ее душе. Засидчик, покинувший сие здание самым первым, найден мертвым. Приглашенные напуганы. Испуг охватил уже не только одну Марго, все присутствующие поддались ему. Накаленный опрос всех гостей только увеличивал скорость роста страха, безвыездно подозревали друг друга. Какая-либо определенность отсутствовала, кажинный из них не один раз покидал диапазон видимости остальных. Идеже же мистер К. и Искра? — думала Маргарита, куда они подевались, а если они следующие, как их спасти… Мысли о томишко, что один из них или оба могут взяться причастны к этому убийству, она не допускала. Она поуже вообще мало понимала, что происходит. Каждый здесь был подо подозрением, абсолютно каждый мог быть тем, кто решил вслед за мироздание, кому жить, а кому нет. Но это продлилось кратко. Звонок. Раздался звонок мобильного следователя. Еще одна душа покинула бездыханное тело. Еще один звонок. На этот раз в дверь. Бирюч со своим помощником, принесли очередную порцию еды. Уставший точка зрения Маргариты пал на них: какая может быть приём в такую минуту. Но ее зоркий внимательный взгляд ась?-то заметил. С ними явно было не все просто так просто. Чего-то не хватало…
Во время положенного прочесывания территории, возле от тех мест, где недавние гости встретили дьявола явно, была найдена девушка, чье описание так сильно смахивает для Искру. В руках у нее окровавленный зонт, а на одежде в помине (заводе) нет ни пятнышка. Марго опознала подругу, это была сверх сомнения она. Сама же девушка, кто знает, ровно по чьей воле, то ли дьявола, то ли мироздания, так ли еще посредством какой-то иной высшей силы, невыгодный помнила ровным счетом ничего. Она не узнавала подругу, маловыгодный понимала, как она сюда попала и ни о каком дне рождения, а ужак тем более о мистере К. не знала ни сном ни зараз. Что уж говорить, она имени своего не помнила. Как также, как мистер К. стал частью мира Маргариты, Признак стала главной подозреваемой в двух убийствах. Но ее шкура абсолютна чиста… Согласно показаниям гостей лишь один люда переодевался в ходе праздника, якобы запачкавшись одним из угощений. Случайность не то — не то нет, но это был старый знакомый Маргариты… Марго была отнюдь не только очаровательна, но еще и умна. Этот человек в открытую имел огромное желание свести влияние подружки и проводимое девушками цифра времени к минимальному. Она также прекрасна понимала, что ноль без палочки здесь, несмотря на огромное уважение проявляемое к ней, без- станет ее слушать, а уж тем более верить ее теориям, придуманным в таком состоянии, сверх рассудка… Выглядела она и правда на редкость измученной. Причесон развалилась, глаза покраснели от слез и усталости. Больше всего ((и) делов на свете ей хотелось домой. Но вопреки разуму без околичностей средь представителей закона, собирающих максимальное количество информации, возлюбленная набрасывается на своего старого знакомого, швыряясь в него беззаветно беспочвенными обвинениями. Так и не ясно, что было побольше безумно то, как сия картина отсвечивала со стороны возможно ли то, что ее безумные речи, замученной до безобразия прекрасной юной девушки оказались губительными во (избежание ее знакомого…. Представители закона получили право обыскать знакомого Маргариты. Однако от его прежней одежды осталась возможно лишь прах в воздушном пространстве. Куда же она делась? Зонт! — восклинула Ритуша. Огромное количество подозрительных взглядов, не внимающих тому, почто вокруг них происходит и откуда она взяла теперь вновь какой-то зонт,обратилось на нее. Маргарита альфа и омега возбужденно болтать о том, что до этого курьеры до скончания веков приходили с зонтом, а в этот раз у них в руках оказалось не более чем то, что съедобно. Не успела она закончить тараторить, ровно курьер взял бокал, наполненный красненьким винцом, и стремительным движением позволил частичкам содержимого попасть бери светлый наряд девушки.
Блаженное спокойствие навестило Маргариту. Покинув негодующую с всего увиденного безобразия публику по направлению ванной комнаты, в процессе принятия ряда бесполезных попыток с целью спасения своего наряда, в кармане симпатия находит записку, оставленной незаметно накануне вечером мистером К. В записке отмечено время и место встречи. Количество ударов часов до назначенного времени осталось прямо столько, чтобы ей успеть туда добраться. Курьер с точностью по доли секунды направил частички красненького на ее одежду… У нее приставки не- было сил думать, как и желания оставаться среди сего безумия. Сбросив с себя всю грязную одежду, превратив в симпатичное платьишко сохнувшую для батарее простынь, подобно ловкой осторожной кошке, что было ей характерно, она покидает чертоги суматохи и цветущего там безобразия… Мелк из гостей и всех присутствующих в здании, которое навестили они с целью веселья, вкусной еды и новых знакомств, более всего никогда не видел ни Маргариту, ни мистера К.
Тем временем у следователя был монолитный букет подозреваемых. С легкостью пера, падающего на землю, впору было бы обвинить любого из них, оказавшись с некоторой, порядочно высокой вероятностью, правым. Но кто же виноват получай самом деле? Перенесемся в мысленное расследование происходящего, осуществляющееся серым веществом следователя: Проблеск — девушка, которая ничего не помнит, в руках у нее найден, кровавый зонт, явно послуживший орудием убийства. Не кетчуп но на нем. Криминалисты это подтвердят. Но, если бы симпатия убила тех несчастных, то в крови было бы далеко не только орудие убийства. Да и какой у нее мотив? Ее подставили. Кто такой мог ее подставить? Согласно обвинениям того юного создания, ее ведет дружбу) желал разлучить подруг. Посадить в тюрьму человека ради того, дабы быть с желанной девушкой… В какие же времена это работало? Для него нет ничего кроме её слов, одежда его исчезла. Родственники убитых дали сведения. Пропали дорогие украшения. Мотив — ограбление. Уверенной походкой, свойственной хранителям закона, спирт подошел к курьеру и предъявил ему обвинения в убийствах. Допрос продолжался продолжительно. В ходе которого нашлось и подтвердилось алиби курьера, также выяснилось так, что он был близким другом мистера К., с которым у него получи этот вечер были планы. Более важным стало последнее сказуемое, произнесенное Маргаритой. Курьер признал, что зонт принадлежал ему, только во время перерывов он гонял своего помощника в соответствии с мелким поручениям и одолжил ему зонтик, от дождя. Вот то-то и оно в это время и случилось убийство. Помощник курьера будучи его ушами, знал о всех замыслах курьера и мистера К. Также знал он и об всех взаимоотношениях, царивших меж Марго, мистером К, Искрой и другом Марго. Внося еду в помещения, спирт приметил дорогие украшения на тогда еще наслаждающихся жизнью гостях. Был задержан, вот всем содеянном сознался… Меж волн беспокойного Балтийкого моря плыл закидонистый корабль. Говорят, на его борту была очень красивая конь и парень, смуглый такой с темными бровями и волосами цвета подобного цвету крыла растрепа.